Рыжая бестия «взрывная смесь» (СИ)

Мне стало намного легче! Прямо камень с души свалился…Мысль о том, что не придётся возненавидить Кирилла за то, что сейчас происходило в его кабинете, уже необычайно радовала. Горячее тело прижало меня к стене. Я даже немного расстроилась, что эта скала не распускала свои властные шаловливые руки ниже моего пояса. Вместо этого он обхватил лицо ладонями и почти прикасаясь к моим губам своими, низко с хрипотцой произнёс:

— Ты сводишь меня с ума, Катя…давай договоримся с тобой о некоторых правилах, малышка…

Дальше его губы накрыли мои в нежном, тягучем поцелуе.

Его язык лишь слегка скользил по нижней губе, но врываться в мой рот не собирался. От этой медленной пытки тело предательски задрожало. Я сново почувствовала, как тёплая волна наслаждения, где-то внизу живота, почти у выхода, растекалась, обволакивая каждую возбужденную клеточку. Жар от его ладоней, тела, от его рта почти стал обжигать меня. Тонкие мужские брюки из последних сил старались удержать восставшее естество мужчины. Я остро ощущала, как оно упиралось в меня и сильная пульсация крови в тех венах, которые поднимали мощный, приличных размеров член к боевой готовности, вибрировала на каждом заведённом нерве моей кожи, в том месте, где он соприкасался с ней. Это чувствовалось даже сквозь одежду. Адреналин отключал реальность, проникая в мою голову, и ещё с большей силой толкал на безумные вещи. Теперь мои руки стали непослушными, исследовали каждый рельеф, каждую напрягшуюся мышцу этого шикарного тела. Скользили вдоль позвоночника вверх-вниз, затрагивая зону копчика. Бестужев, простонав мне в рот, отстранился, вглядываясь в мои покрытые пеленой страсти, глаза. Его серые радужки поменяли цвет. И теперь зрачки почти перекрывали смесь насыщенного голубого и серого оттенков. Я ещё не встречала людей, чтобы эмоции влияли на окраску радужки.

— Первое правило, малышка.. — соприкасаясь лбом с моим, смотрел в упор на меня. — ты забываешь о новых поисках работы и продолжаешь работать на меня…

Если он и дальше так будет подавлять меня своей личностью с запредельной аурой, своей волей — моя забьётся в дальний угол.

Сейчас я не могу позволить себе сдаться его власти. Я должна удостовериться в искренности его поступков, в том, что я не очередная «прочитанная книга».

— Кирилл… — мне пришлось прошептать, так как голос предательски потух. Его палец прикрыл мне рот, давая понять, что моего мнения пока не спрашивают.

— Второе… ты соблюдаешь нормы стиля в одежде. эти твои принты. красноречивые послания.