Рыжая помеха (СИ)

Оказывается, все это время звучала музыка, тот бит, под который я катал бутылки. И сейчас он завершился.

Я останавливаюсь, отрываюсь от Светы, смотрю ей в глаза. Зеленые, как море. И такие же безумные сейчас. Мутные.

Она неуверенно шевелится, потом тихо скользит по моему телу, опускаясь на пол и все еще держась за шею. Я тоже не могу расцепить ладони у нее на талии. Не хочу расцеплять. Отпускать не хочу.

Так мы и стоим, посреди молчащей толпы, смотрим друг на друга. И, кажется, даже дышим в унисон.

А еще кажется, что длится это, хрен знает, сколько.

И только я собираюсь что-то сказать, не знаю, что, впервые слов нет, как на нас падает грохот аплодисментов, улюлюканий и криков.

Чуть с ног не сшибает лавиной.

Парни ломятся ко мне, с восхищениями:

Девчонки кидаются на шею и через одну норовят повторить Светочкин поцелуй.

Я отвечаю на рукопожатия, мягко уворачиваюсь от липких чужих губ, и все это время смотрю, как Свету уводит в сторону тот мажор, с которым она пришла сюда.

Нас с ней словно разносит стихия.

Вот только взгляды не размыкает.

— Скучно стало, Рыжая? — нарушаю я тишину дворика, — или меня ждешь?

— Размечтался, — Светочка демонстративно прикуривает, всем своим видом показывая, что вообще никого не ждет, а сюда подымить вышла.

Ага. Все остальные-то тоже так делают. То-то весь дом куревом пропах.

Я подхожу, забираю у нее сигарету из пальцев и тушу.

— Эй, — Света возмущенно смотрит, но попыток достать новую не делает. Хорошо. Понятливая.

— Терпеть не могу целовать курящих баб, — тихо и проникновенно делюсь я своими предпочтениями, — все равно, что пепельницу облизывать.

— Да пошел ты! — шипит она, — думаешь, один раз перепало, так все…

— Два, — спокойно прерываю ее, делая незаметное движение. Ближе.

В этом небольшом дворике мы одни. Вся тусня в зоне барбекю и бассейна. А здесь, похоже, курилка для прислуги, маленький пятачок, огороженный кустарниками.

Фиг обнаружишь, если специально не искать. Как я, например.

— Чего? — непонимающе смотрит на меня рыжая помеха моим планам.

— Два раза, говорю, перепало, — невозмутимо поясняю, не отрывая от нее взгляда.

В полутьме Светочка выглядит потусторонне. Ведьмочкой зеленоглазой, с растрепанными кудрями и фарфорово-бледной кожей. Вкусно смотрится. Попробовать хочется.

И я себя специально торможу, хотя, в принципе, уже знаю, чем завершится сегодняшний вечер. И как пройдет сегодняшняя ночь. После нашего бешеного поцелуя понятно все сразу.