Рыжая помеха (СИ)

— И молчи, бля… — добавляю на тот случай, если вдруг решит меня узнать.

Она каменеет, вытягивается стрункой, пальцы стискивают гранату.

Держи, дурочка ты моя рыжая. Держи… Ну кто ж знал…

Ох и вперся я. И тебя впер.

Надо выбираться теперь. И мне без тебя никак. Да и не надо мне.

Я никогда не учился в универе. Не случилось как-то.

Планировал после школы, но…

Случилась та гонка, я выиграл.

Загулял, естественно, в компании с двумя веселыми девчонками. А проснулся уже в другой компании.

В полиции. И два года — как в страшном дурном сне…

Ну да ладно, чего вспоминать.

Но вообще, жизнь — та еще шутница.

Хотел ты, Макс, учиться, получать образование высшее — на тебе.

Спустя семь лет оно особенно актуально, ага.

Да и не на юридический я хотел… И вообще… Надо бы на первый курс, хоть и смешно я там буду смотреться.

Но тут мне выбора не предоставили. Бери, Курагин, что дают, и не выделывайся.

А потому я переживаю.

И даже больше, чем первый раз в первый класс. Тогда хоть мама за руку держала.

Но мама, зная мой проказливый характер, это дело четко пресекала.

А то Люська, сестренка, той еще плаксой была, могла завестись на час, не остановишь… Куда только чего девалось…

Я усмехаюсь, выдыхаю и завожу байк.

«Дукати Панигале», классического красного цвета. Рычит, зверь, подо мной, и дрожь его мне передается.

Круто. Давно я на байках не гонял.

Правда, итальянцев не особо люблю, нервные они слишком.

Я бы лучше взял старый добрый «бобби», но… Где мы и где «бобби»?

Хорошо, хоть «Дукати», а не «Ява».

Ладно. Выдохнул. В себя пришел. Неуместное волнение перед неизведанным смирил.

Пора? Но, бляха… Вот как так вообще?

Я — уже столько всего переживший, вполне себе серьезный чувак с охеренным жизненным опытом, словно мальчишка-школьник опять переживаю из-за первого сентября. Когда это дерьмо закончится?

Злюсь, слишком резко беру разгон, и гребанный итальяшка тут же реагирует на это нервным вилянием, чуть не пристраивая меня под встречный грузовик.

Ухожу в последний миг, вижу вылупленные во все лобовое глаза водилы грузовика, его раскрытый в мате рот.

Газую, выравнивая зверя.

Норм! Слушается! Попробовал бы не послушаться, нежный придурок! Давай, малыш, не подведи, папа будет ласковым. Нам с тобой еще мой образ плохого парня поддерживать…

Во двор универа въезжаю с шиком.