Рыжая помеха (СИ)

Никогда эту игру в подчинение не любил, но с ней по-другому не хочется. Сейчас, по крайней мере.

Я не могу ничего объяснить, не могу ничего сказать в свое оправдание.

— Ты… Неандерталец… Это… Друг… Валя…

— Какой, нахер, друг еще? — рывком вынимаю из нее пальцы и тут же провожу ими по распахнутым губам. В глазах Светы — шок. И темнота. Завораживающая.

Все, больше нереально ждать.

Рывком дергаю молнию на ширинке, обхватываю свою рыжую помеху за задницу и подбрасываю вверх. От трусов — одно название, вообще не мешают!

Она не может сдержаться, громко стонет от проникновения.

Я бы тоже с нее пример взял, но не могу. Слишком место у нас ненадежное. А дела надо завершить.

— Тихо, — хриплю ей в висок, упираясь лбом в полотно двери рядом, прижимаю сильнее к себе, увеличивая глубину кайфа, — тихо себя веди!

Света сдается, обхватывает меня за шею, прижимается, обнимает ногами и кусает губы, чтоб не кричать. Быть тихой, как я велел.

Сексом на весу заниматься не особо удобно, учитывая длину ног моей девочки, но все равно сладко.

Света сдержанно ахает в ответ на каждое мое движение, выгибается, позволяя брать себя все грубее и жестче, потому что сдерживаться не выходит совершенно у меня.

Наши запахи смешиваются, заполняя темную подсобку, дурманя еще больше, дверь, в которую я вколачиваю свою рыжую принцессу, ходит ходуном, и, наверняка, снаружи очень даже понятно, к чем тут занимаются, но в этот конкретный момент мне глубоко плевать на похеренную конспирацию и прочий бред.

Напряг этой тупой ночи, нервный и душный, выходит бешеным сексом, выливается из меня, отпуская наконец-то больную голову и заменяясь невероятным кайфом просто от ощущения тонкого гибкого тела в руках, от запахов, возбуждающих еще сильнее, от слов сбивчивых, которых я не понимаю, хоть и слышу:

— Это друг, друг, Валя, он гей… Ты — дурак, как ты мог подумать? Как ты мог поверить? Я ненавижу тебя, ненавижу… Скотина… Ни на один звонок… Смс… Скотина…

Мне плевать, как она меня называет, про друга — гея не особо верю, но обязательно разъясню потом, насчет скотины — полностью согласен.

Но ведь я же умею извиняться. Качественно.

Светочка меня простит за несдержанность. Обязательно. А, если нет, то еще разок извинюсь. И еще. И до тех пор буду извиняться, пока… Пока сил хватит.

А у меня их много. Она это после нашей ночи совместной должна помнить.

По мокрому виску течет прозрачная капля пота, и я жадно слизываю ее, умирая от удовольствия.