Рыжая

Джабай взглянул на нее и кивнул, предостерегающе посмотрев на одну из женщин, спешившую к нему с куском грязи. Ирина поморщилась, представив себе последствия такого «лечения».

Женщина остановилась и неуверенно улыбнулась. Ира ощутила накатывающее волнами раздражение. Схватив Джабая за неповрежденную руку, она двинулась в сторону от толпы, уводя его подальше от суматохи.

Ра посеменил следом.

Судя по его мордочке, он не чувствовал себя комфортно, окруженный таким большим количеством ящеров. Особенно его нервировали дети.

Любопытные ящерки не могли пройти мимо такой интересной штуки, как ручной динозавр. Подходить близко они опасались, но это не мешало им то и дело громко что-то выкрикивать, привлекая к себе внимание, а потом испуганно пищать, когда Ра все-таки поворачивал к ним голову. Судя по довольным лицам, дети были в восторге от такой игры. Чего нельзя было сказать о самом Ра.

Ирина привела Джабая к месту, где лежал раненый Роридак. Ящер не так давно пришел в сознание, но вставать Ира ему запретила.

Тот вроде бы возмутился, но Ирина видела, что приказ «лечащего врача» он принял с тайным облегчением. Видимо, какой-то мудреный мужской кодекс не позволял ему просто так лежать из-за столь «несерьезной раны», но распоряжение Иры давало ему легальное оправдание для бездействия.

Усадив Джабая на притащенный кем-то толстый ствол, Ира принялась кружить.

Чем жарче становилось, тем быстрее испарялась вода, пойманная в ловушку больших листьев. Если растение находилось на открытом месте, куда солнце проникало беспрепятственно, то можно было не рассчитывать найти в нем воду.

А вот в низинах и затененных местах стоило попытать удачу.

Ящеров под рукой было много, поэтому вскоре они с большим интересом принесли множество листьев, заполненных водой. Ире даже не пришлось показывать, как сворачивать листья, чтобы вода не пролилась. Либо они уже делали это, либо просто быстро сообразили.

Для начала Ирина хорошо промыла раны Джабая, стараясь не обращать внимания на пристальный взгляд ящера.

Вряд ли он знал, что смотреть так на другого человека невежливо.

– Вождь? – спросила она, желая отвлечь себя и Джабая от немного неловкой ситуации. Хотя сама Ирина не была уверена, каким образом простое лечение превратилось во что-то неловкое и смущающее.

– Мертв, – ответил он и поморщился.

– Больно? – забеспокоилась Ира, подумав, что надавила на рану слишком сильно.

– Нет. – Джабай качнул головой. – Не я убил. Жардис.