Рыжая

Глина была жидковатой, из такой точно ничего не сделаешь, поэтому Ира дала ей стечь и только после того, как признала материал приемлемым, принялась лепить.

Сначала размяла, не потому, что помнила об этом моменте, просто настраивалась. Затем скатала несколько длинных сосисок и начала соединять их между собой, стараясь придерживаться задуманной формы.

Она была настолько поглощена работой, что не заметила, как многие ящеры собрались вокруг нее. Всем было интересно, что еще нового задумала странная ящереана, которая ею точно не являлась.

Спустя некоторое время Ира закончила, чувствуя, как все тело гудит от напряжения. Оглядев получившийся котелок, она скептически похмыкала и принялась оглаживать его смоченными в воде руками, надеясь таким образом убрать недочеты.

Получилось… терпимо. До идеала далеко, но для первого раза вполне достойно. Осталась самая малость – высушить и обжечь.

С сушкой было не так просто.

Ящеры не остались в стороне. И если взрослые довольно быстро потеряли интерес, когда поняли, что в ближайшем будущем ничего интересного не произойдет, то дети, как это часто бывает, не могли так просто отступить. В итоге однажды Ира отвернулась от котелка буквально на минутку, а потом нашла в нем несколько глубоких дырок. Сразу было понятно, что кто-то особенно любопытный тыкал в него когтями.

Тяжело вздохнув, Ира покорно исправила повреждение и продолжила ждать. Спустя неделю она признала горшок пригодным к обжигу. К тому моменту она полностью извелась. Ящеры продолжали спокойно жить, не выказывая никакой нервозности. Одна она дергалась на каждый шорох, чувствуя, как сладко замирает сердце. Вот только каждый раз, понимая, что шум не имеет ничего общего с вернувшимся отрядом, Ирина разочаровывалась и впадала в черную меланхолию. До следующего раза.

Себе она объясняла такую нетерпеливость опасениями потерять умелых воинов. Со скрипом признавалась, что скучает по Джабаю, но тут же заверяла себя, что просто привыкла к ящеру, ведь именно он для нее по какой-то непостижимой причине стал символом безопасности. Наверное, это случилось после того, как он спас ее от динозавра, убив его одним ударом. Подсознание подсуетилось, запечатлев образ ящера как надежного защитника, рядом с которым можно ничего не опасаться.