Рыжая проказница

Рядом с ними стояли две лошади с пони, а также три дюжины верховых. Но улыбка Уилла исчезла, когда сестра попросила его велеть своим воинам помочь с уборкой большого холла.

— Ладно, — тяжело вздохнул он.

— Я все понимаю, — с сочувствием сказала Эверилл. — Но это нужно сделать, а нам сейчас страшно не хватает прислуги. Если бы они могли помочь…

— Ладно, — оборвал он сестру и помог ей сесть в седло. — Я поговорю с военачальником.

— Спасибо, — улыбнулась брату Эверилл.

Потом она посмотрела на Лэдди — мальчик в нерешительности стоял рядом с ее кобылкой и смотрел на пони.

На лице его читалось одновременно страстное желание и ужас. Эверилл поняла, что он, наверное, никогда не ездил верхом. Вряд ли он вообще выходил из главного дома, разве что проделывал короткие вылазки на двор замка, и хотя он и был сыном Броди, пока они не приехали в Стюарт, с ним обращались как с сыном служанки. Она не знала, о чем думает ее брат, — быть может, о том, что эта короткая вылазка к реке даст возможность научить мальчика ездить верхом, или, быть может, поскольку сам Уилл научился ездить верхом как раз в возрасте Лэдди, он, не думая, решил, что мальчик уже знает, как это делается; как бы то ни было, она не собиралась заставлять мальчика садиться на пони, поскольку у него был крайне испуганный вид.

— Иди сюда, — позвала она Лэдди и протянула ему руку.

Мальчик поднял на нее глаза:

— Я что, поеду на вашей лошади?

— Нуда, раз тебе приказали быть все время рядом со мной, — спокойно ответила она.

— Ладно.

Он явно почувствовал облегчение, но бросил взгляд на пони, прежде чем принять ее руку.

Лэдди был тяжелее, чем казался на вид, и когда Эверилл с усилием попробовала подтянуть его наверх, несколько воинов спешились и неожиданно пришли ей на помощь.

— Спасибо, — смеясь, сказала Эверилл, когда они усадили Лэдди перед ней.

— Всегда готовы помочь, миледи.

— С удовольствием поможем, миледи.

— Рады помочь, миледи.

И все улыбались, кланялись и пятились назад. С этими людьми она выросла, и они всегда относились к ней как к дочери своего лэрда — с некоторым равнодушным почтением.

И уж конечно, они никогда не удостаивали ее пылкими взглядами и улыбками, как сделали это сейчас, и никогда не бросались с такой поспешностью и готовностью помочь ей. Это странно, в замешательстве подумала Эверилл, потом слегка тряхнула головой и проверила, удобно ли уселся Лэдди.

— Тебе удобно? — спросила она и с удивлением обнаружила, что мальчик сердито смотрит на мужчин, которые помогли им.