Онлайн-библиотека книг
А я люблю яблоки.
— Любите? — выдохнула Эверилл.
— Люблю. Даже очень.
— Ах! — усмехнулась она. — Я тоже люблю яблоки.
Кейд фыркнул, дыхание его обожгло ее кожу, и Эверилл задрожала и инстинктивно повернула голову, чтобы снова найти его губы. Их языки сплелись, а Эверилл подумала, что еще не рассказала Кейду о других своих недостатках."
"Быть может, теперь это не имеет значения, с надеждой подумала она и застонала, еще сильнее прижимаясь к Кейду. Наконец она прервала поцелуй, потому что подумала, что Кейду следует все же знать, что она недостаточно совершенна.
— И еще я заикаюсь, — сказала Эверилл. — И это самое… Ах! — удивленно ахнула она, когда Кейд, не выпуская ее из объятий, отступил к креслу и опустился в него, усадив Эверилл себе на колени.
Он снова попытался завладеть ее губами, но она уклонилась от поцелуя и повторила почти с отчаянием:
— Я заикаюсь.
— Со мной вы не заикаетесь, — просто сказал Кейд и занялся ее грудью, сдвинув с нее сорочку так, чтобы трогать и ласкать обнажившуюся плоть.
— Я… я… а-ах! — простонала Эверилл и впилась ногтями в его плечо, потому что его губы неожиданно коснулись ее груди.
Она закрыла глаза, сглотнула; ее охватило жаром. Это действительно самое восхитительное…
Тряхнув головой, Эверилл заставила себя вернуться к тому, что она, как ей казалось, делала. Она говорила о своих недостатках. Какие из них она уже назвала? Волосы, грудь, заикание… какие же еще остаются? Ах да.
— У меня на щеке родимое пятно. Оно довольно большое и противное и…
Эверилл осеклась, услышав, что он рассмеялся. Она прищурилась и спросила:
— Что вас так развеселило, милорд?
— Вы, — мягко ответил он, а потом сказал: — Ваше родимое пятнышко совсем маленькое, и оно не противное. Оно очаровательное.
Эверилл широко раскрыла глаза, услышав это, потом закрыла, потому что Кейд снова завладел ее губами.
— Откуда вы знаете, что оно маленькое? Вы его видели? Вы можете меня видеть?
— Конечно.
