Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Вышел к трону, сжимая челюсти так решительно, что и домкратом не разомкнуть, вздернул голову и спросил:

— Благородная кори, куда сначала класть руку?

Я пожала плечами, опуская вербальный ответ «а хрен его знает», чтобы не трепать нервы и без того взволнованному герою, готовому положить конечности на алтарь необходимого эксперимента. И предложила:

— Выставь руку вперед, прислушайся, куда потянет, туда и клади.

Что любопытно, Седой послушался. Руку выставил, даже глаза прикрыл. Длань повисела прямо, через несколько секунд пошла влево и, резко дернувшись, прилипла к отпечатку-контуру на правом подлокотнике трона.

Обар, лежащий в ямке посередине, неярко вспыхнул. На этом представление не закончилось. Конечность естествоиспытателя неестественно рваным движением, как если бы ее вел не владелец, а какая-то незримая веревка, скользнула к левому подлокотнику, к которому Киз прислонил кабор. Лопаточка тоже помигала. Стоило ей погаснуть, как пять пальцев Седого подбросило вверх и приклеило к центральной метке. Теперь уже волна янтарного блеска пронеслась по всему трону от подножия до вершины. А на запястьях и шее отважного добровольца появились три толстых обода с непереводимыми местными завитушками — знаками магических аров."

"— Знак гра-арлла! — возбужденно воскликнул Шеллай, нервически дергая пояс. — Я видел зарисовки в старых летописях. Гра-арлла в Артаксаре не избиралось уже более пятисот лет! Не находилось достойного или был утрачен секрет посвящения!..

К забавному раскатистому словечку «гра-арлл» моя змейка-лингвист сделала своеобразный подстрочный перевод, приблизив значение сразу к двум должностям «канцлер» и «кардинал».

Это что же, выходит, Седой власть светская и духовная в одном лице, а заодно правая рука монарха? Недурственная карьера! И почему-то я уверена: если захочет дяденька снять новоявленные украшения — ни черта у него не выйдет. Такие пышущие магией штучки за здорово живешь жертву не отпустят, особо если столько лет в бездействии пылились. Не знаю, как насчет самосознания, а какие-то инстинкты у «безделушек» даже без детальных исследований чувствовались. Не злые они, точно, но застоявшиеся, как кони в конюшне. Эх, теперь понесется, только бы поводья не выпустил! Впрочем, коль выбор адекватный, то не выпустит, потому Седой и назначен.

— Мои поздравления, — высказалась я и аккуратно потянула свежеиспеченного гра-арлла к себе, подальше от трона испытаний, на котором все еще продолжали гореть контуры, будто приглашали к продолжению банкета.