Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Или Киз просто устал спорить, сражаться с ветряными мельницами и выказывать активное недоверие к моей скромной персоне? Беднягу нынче можно было использовать в качестве наглядной иллюстрации к аксиоме: «Ни одно доброе дело не остается безнаказанным». Хотел только по-быстрому выручить брата, а влип в приключения, историю и, я бы даже сказала, в когорту спасителей мира. Сочувствовать вслух не стала, и так понятно, не оценит или, того хуже, сочтет издевательством в особо крупных размерах.

Жеребцы шли почти бок о бок, и я могла, не выворачивая шею штопором, спокойно разглядывать мужчину.

Сосредоточенное и самоуглубленное внимание вкупе с предельной собранностью, какой-то слишком глубокой, чтобы она была следствием нескольких дней, полных приключений на Артаксаре, отчетливо читались в Кизе. А может быть, читались лишь мною, ведь после энергетической мясорубки, очистившей трон, мы стали слишком близки, чтобы смотреть и не видеть настоящего, скрытого за повседневной маской.

Я смотрела и видела: свежекоронованный король настроен на битву за свою страну.

Эта сторона медали радовала, огорчала другая — после битвы он ничего для себя не планировал, или… я помешкала, подбирая более подходящее сравнение… запрещал планировать. Как будто дальше жизнь заканчивалась, даже если формально и продолжалась. С такой постановкой вопроса я категорически не соглашалась, впрочем, влезать в спор и делить шкуру неубитого медведя не спешила. Будем решать проблемы по мере их поступления.

Вот как раз сейчас подступала одна — очень причудливой конфигурации. Или она вовсе не подпадала в категорию проблем и должна была рассматриваться под вывеской оригинального зрелища? Мгновенно разобраться я не смогла, поэтому придержала коня. Повод почти не натягивала. Дэлькору было достаточно невысказанного желания.

Впереди и чуть справа двигалось нечто крупное, со среднего индийского слона (они помельче африканских), но совершенно не слоновьих очертаний и окраски. Больше всего создание походило на гигантского ската.

Та же завораживающая плавность движений, колыхание тела, близкое к полету, и странный желтовато-серый цвет грязного речного песка. Создание то двигалось вплотную к земле, то чуть приподнималось, игнорируя законы гравитации с такой беспечностью, будто они являлись не чем-то обязательным для соблюдения, а лишь пустяшной рекомендацией для галочки на полях.

— Красиво, — оценила я грациозное парение «ската».