Скоро дом начнет остывать, и ему придется одеться. Хорошо, что в доме есть камин, как раз в той комнате, в которой я бросила рюкзак.
А сейчас языки пламени подсвечивают смуглую кожу, и предметы отбрасывают на ее причудливые тени, делая Демьяна похожим на языческого идола.
Пока мои мысли скачут от отопления до умопомрачительного пресса Демьяна, тот успевает подойти ко мне вплотную, и мне становится жарко, как возле печки.
Он насмешливо смотрит на меня сверху вниз и нагло кладет руку на талию. Я отчетливо осознаю, что зря я разлучилась с трусиками.
И лифчик зря не надела. Я вообще чувствую себя сейчас голой, несмотря на то, что на мне джинсы и объемная рубашка.
– Я уже могу начать разогревать, – хрипло предлагает Демьян, и я на автомате соглашаюсь:
– Да, уже пора начинать колоть дрова…
Глаза Демьяна сужаются.
Ой. Кажется, я опять что-то не то сказанула.
– Значит, по-хорошему не хотим?
Я даже икаю. До меня доходит, что я послала его снимать сексуальное напряжение классическим способом лесорубов. А напряжение все еще присутствует.
Это видно невооруженным взглядом.
– Никак не хотим, – облизываю я губы. Почему-то от предположения, как это будет по-плохому, у меня коленки подгибаются.
Демьян смеривает меня суровым взглядом с ног до головы, застряв на довольно продолжительное время в районе груди.
– Семнадцать минут, – беспощадно отсчитывает он.
– Но у меня же нет даже возможности… – протестую я.
– Зато у меня появляются, – ухмыляется Демьян, и вид у него крайне грешный. – Мне все нравится.
Моим делом было предупредить.
Предупредить? Я задыхаюсь от возмущения. Он заявил, что трахнет меня.
– А если я не хочу? – складываю руки на груди, в основном, чтобы он туда больше не пялился.
Я вздергиваю подбородок, и Демьян склоняется ко мне, почти соприкасаясь губами с моими.
– Хочешь. Или захочешь.
– Мы замерзнем, и нам будет не до того! – огрызаюсь я.
– Ну хорошо, пошли.
Это звучит очень угрожающе, и я на всякий случай пугаюсь.
– К-куда?
– Поможешь. С дровами.
Он говорит это так, будто почетное бревно – это я.
Что за несносный тип. Ходит голый по дому, предлагает неприличное. А я должна держать себя в руках. Гад.
Демьян проходит мимо меня, и я плетусь за ним следом вносить свою лепту, не очень представляя, какую. В бы себе в здравом уме топор не доверила.
Но все оказывается проще.
Уже в темной прихожей Демьян достает откуда-то из шкафа фонарь-прожектор и зажигает его. Поманив меня за одну из дверей, он просит:
– Подержи-ка повыше.
