Был бы обычный автомат, я бы не дергалась, а так меня внутри подзуживает вернуться и все-таки сдать зачет, как полагается.
Однако я догадываюсь, что это все только осложнит.
Что ж, за время сессии мне кровь из носа нужно найти себе место для практики, чтобы отказать Сергею Витальевичу без всяких конфликтов. Мне еще ординатуру заканчивать.
В любом случае, на сегодня все.
Надо ехать домой и отоспаться, а потом на свежую голову уже генералить и ёлку доставать. Хотя… может, ну ее нафиг, эту ёлку?
Погруженная в свои размышления я упускаю то, что происходит вокруг, и руки обвившиеся вокруг моей талии становятся неприятным сюрпризом.
Взвизгнув, я бью локтем назад, заставляя хватку разжаться.
– Женя, блин!
А… Это Колчин.
– Чего тебе? – выдыхаю я.
– А где «привет, я так соскучилась»?
Ах, ну да. Я же не дала понять ему позавчера, что спалила их с Леной. Интересно, что ему от меня надо?
– Ну привет, – испытующе смотрю на Лешу.
– Ты не в духе, что ли? Завалила?
– Сдала, давай уже, выкладывай, что там у тебя.
– Завтра все собираются в десять, за тобой во сколько заехать?
– Не надо за мной заезжать, лучше забери Сафронову. Да и сейчас лучше к ней подойди, а то она окосеет за нами смотреть, – советую я.
– Что ты имеешь в виду? – набычивается Лешка.
– Леш, я видела вас в вместе, – складываю руки на груди, как бывалая жена перед загулявшим мужем. Даже немного смешно.
– Это ничего не значит, не выдумывай…
– А Лена знает, что это ничего не значит? Что за детский сад? Ну нравится тебе другая девчонка, ты, ей судя по всему, тоже.
Благословляю. Вперед и с песней.
И почему я думала, что мои слова разрядят обстановку?
Колчин только звереет.
– Я думал, ты просто зажатая, а ты холодная снулая рыбина. Тебя не трогает даже то, что я другую трахаю! Никаких эмоций!
Жестокие слова. И могли бы меня сильно ранить, если бы не прошлая ночь, которая показала, что я вполне себе горячая курочка, если хорошо прожарить. А насчет эмоций… Да у меня есть в жизни проблемы посерьезней, чем парень, который не определился.
Закатив глаза, я разворачиваюсь, чтобы уйти, но Лешка вцепляется мне в плечо.
– Нет уж, Женя, я сказал всем, что приду с тобой. И я приду. Так, что можешь, не выебываться, а брить ноги. Потому что я наконец тебя поимею. Почти романтично в новогоднюю ночь. Во все дыры. Авось спящая царевна проснется, и надобность в Ленке отпадет. Заберу тебя в девять.
У меня дар речи пропадает.
