Рыжеволосая искусительница

Это добродушное подшучивание задело ее за живое, что придало еще большую едкость ее голосу.

— Ты можешь обращать внимание хоть на миллион других женщин. Я сердита из-за Филипа. Ведь он, кажется, твой друг!

— Он и есть мой друг. Ближайший.

— Тогда оставь его жену в покое.

— Между мной и Ренатой ничего нет, если это то, на что ты намекаешь.

— А твое слово — оно, конечно, слово чести! — Керри уже не заботило, что она говорит, ей хотелось только побольнее его уколоть. — Я сомневаюсь, чтобы Сара Хартли вновь поверила твоему слову!

Немедленного ответа не последовало, но она почувствовала в нем перемену — руки на ее спине неожиданно стали жесткими.

— Твоя подруга, — я правильно понял?

— Мы жили в одной квартире, когда я впервые приехала в Лондон, — сказала она. — Сейчас наши жизни не часто пересекаются.

— Но ты, очевидно, знаешь, что мы когда-то были вместе.

— И это повлияло на твое отношение ко мне, когда мы впервые встретились?

— Имело некоторое влияние, — подтвердила она.

— Что бы она ни сказала тебе, наверно, этого было достаточно, чтобы настроить тебя против меня, — решительно прервал ее Ли. — Напрашивается вопрос почему ты изменила свое мнение обо мне? Он выдержал паузу. — Или нет?

Руки, обнимавшие ее, превратилась в стальные обручи. Керри сглотнула — лучше бы она никогда не начинала этот разговор.

— Ну и каков же был план? — неумолимо продолжал он, не дождавшись ее ответа.

— Что-то вроде этого, — неохотно согласилась она.

Скулы его напряглись, когда до него дошел смысл ее слов, глаза превратились в холодную жесткую сталь. Когда он заговорил, голос его был так же холоден.

— Выбор времени очень важен, когда наносишь последний удар. Тебе хоть кто-то когда-нибудь говорил об этом? Ты же чуть поспешила.

Гнев и обида исчезли, их заменило состояние оцепенения и несчастья.

— Ли… — начала было она, но голос ее затих, когда она поняла, что он не желает выслушивать сейчас никаких оправданий.

Как бы в насмешку музыка прекратилась, и начался десятисекундный бой часов — наступила полночь, все это завершилось восторженными криками об окончании старого года и наступлении нового. Когда Ли прижал ее к себе, Керри невольно застыла, увидев его безжалостный взгляд.

— С Новым годом, дорогая, — с иронией сказал он.