Рыжий доктор

– Конопатый, у тебя сегодня вид, как у сытого рыжего кота! – заметил Лавочкин.

– Не говори ерунды! – засмеялся Игорь Анатольевич. – Делай свою работу, скоро начнем!

– Да я уж как-нибудь сам соображу!

– Скажи мне, ма шер, почему эта мадам Гурфинкель так странно одевается? – спросил Марсель у Оксаны, когда ее клиентка покинула салон, кажется, вполне довольная.

– Она думает, что, надевая вещь на два размера меньше, чем ей следовало бы, будет казаться худее.

– Глупо! По израильским меркам, она вовсе не толстая!

– Слушай, в другой раз сам спроси у нее, и дай совет, что ей следует носить.

Ты француз, мужчина, к тебе она может прислушаться, – засмеялась Оксана, твердо уверенная, что мадам Гурфинкель не прислушалась бы даже к Кристиану Лакруа, настолько она была уверена в себе и своих воззрениях. Мадам Гурфинкель была вроде бы не глупа, обладала чувством юмора, но при этом руководствовалась в жизни какими-то незыблемыми железобетонными представлениями. Поначалу Оксана даже симпатизировала ей, но со временем уже едва ее терпела. Если мадам Гурфинкель давала кому-то советы, то полагала, что человек просто обязан свято их исполнять. Детей у нее не было, муж, вполне успешный предприниматель, был в полном и беспрекословном подчинении.

– Интересно, – сказала Ида, мужской мастер, – она дает мужу советы по бизнесу? Наверное, нет, иначе он давно прогорел бы. Мне она уж полгода как выпивать натощак три стакана воды. Я попробовала, но выдержала только неделю, потом бросила, так она каждый раз спрашивает: «Идочка, водичку пьете?» И я отвечаю, что да, пью, конечно!

– А я так не могу, – вздохнула Оксана.

 – я вообще едва ее терплю уже… У меня даже сердце болит после ее визитов.

Но тут появилась следующая клиентка, вполне милая молодая женщина.

– Оксана, ты сегодня прекрасно выглядишь!

Оксана так рвалась в Москву, что уже буквально считала дни. Но дней оставалось еще ой как много.

И чего меня так разбирает? – Сама себе дивилась она. – Но ведь не из-за рыжего доктора. Он явно уже и думать обо мне забыл… Нет, дело не в нем… А в чем же? В том, что безумно хочется домой, в Москву… Повидать старых знакомых, вдохнуть московский воздух, далеко не самый лучший, но зато родной… И если Москва примет меня, я вернусь! Не могу я больше… И дело не в докторе, бог с ним, я просто смертельно соскучилась по родине, ностальгия – это болезнь людей, родившихся в России, неважно какой они крови… Надо набраться терпения… Соня давно уж заказала нам билеты, Марсель дал отпуск.