Рыжий доктор

Ох, такой настрой – скверная предпосылка, – подумал он, взял на руки кота и сел на диван, рассчитывая, что нежно любимый зверек исправит настроение.

– Вот скажи мне, Рыжик, какого черта мне все это нужно?

Кот взирал на него словно бы с недоумением.

– Да, ты еще маленький, про девчонок не понимаешь, а нам, взрослым дядькам, они бывают нужны… Правда, больших проблем с женским полом у меня никогда не было. Они меня почему-то любят, так на фиг нам жениться, а, Рыжик?

Кот лизнул его в подбородок.

– Ах ты мой милый! Солнышко мое! А ведь я влип, Рыжик! Они меня женят… А я уже упустил момент ее шугануть… Да и не за что, собственно… Она хорошая… Кажется, и вправду любит меня… Но я-то ее не люблю… Не получается у меня любить…

Рыжик громко замурлыкал.

– Вот тебя любить получилось, практически это была любовь с первого взгляда. А с ней… Желание с первого взгляда, хорошая ведь она… А может, стерпится – слюбится, а, Рыжик? И ребенка пора уже иметь… ох, грехи наши тяжкие! Ладно, пора собираться.

Доктор Симачев приехал в ресторан первым. Столик был заказан заранее. Дамы задерживались. Вот вам и пресловутая мамина пунктуальность. Он заказал себе чашку кофе.

Прошло еще минут десять. И вот появилась мамаша. Одна. Как всегда очень элегантная, и как всегда противная, отметил будущий зять.

И, разумеется, встал, поцеловал ручку.

– Здравствуйте, доктор! Вот при каких обстоятельствах довелось вновь встретиться, – лукаво улыбнулась дама.

– Светлана Константиновна, позвольте мне, как доктору, поинтересоваться вашим самочувствием.

– Очень мило с вашей стороны. Я чувствую себя неплохо, хотя еще есть некоторая слабость. Но, говорят, это пройдет со временем.

– Скажите, доктор, Ива мне сказала, что у вас любовь?

– Ну, да, – смутился доктор Симачев.

– А почему же вы живете у вас в однокомнатной квартире, тогда как у Ивы отличная двухкомнатная в районе Смоленской?

– Сказать по правде, я не знаю. Об этом речи не было. Живем и живем… Вероятно, Ива поняла, что я терпеть не могу что-то менять в быту.

– Вот как? А она мне сказала, что уже многое у вас поменяла, – тонко улыбнулась дама.

– Да, но это перемены, так сказать, эстетического порядка, а не территориального.

– Поняла.