— Я тут с ума без тебя сойду. Вернешься и найдешь безумного, одичалого, голодного сына прокурора, — стараюсь мимикой изобразить психа, щекоча ее по ребрам.
Она заливисто смеется, а я кайфую. Так-то лучше, а то заморочилась не на том.
— Ты же будешь обо мне думать? Ты должна, — подчеркиваю, — думать только обо мне. Никаких израильских парней! Иначе я приеду и заберу тебя оттуда.
— Ревнивец, — фыркает кошка, сдувая, попавшие на лицо яркие рыжие прядки.
— Страшный собственник!
Эпилог
В здании аэропорта стоит гул. Объявляют посадку на рейс или наоборот, дают различные объявления.
Люди с чемоданами и без шастают туда-сюда. Я нетерпеливо мечусь вдоль огромного окна, занимающего целую стену. Прямо на него спинами облокотились ржущие надо мной Север и Макс. Эля тоже тепло улыбается, рассматривая меня из-под опущенных темных ресниц.
— Успокойся, — ловит меня за рукав куртки Арина.
— Не могу! Я полтора месяца ее не видел, — сгружаю ей букет цветов. Он меня уже основательно заколебал.
— Вы же созванивались почти каждый день, — напоминает моя бывшая няня.
— Почти! — выделяю главное.
Я провел без своей кошки все новогодние праздники. Если бы не парни, точно бы свихнулся один на каникулах. Честно пытался вспомнить, как все предыдущие семнадцать праздников отмечал.
Хреново! Потому что в них не было Сони.
Мне вообще без нее хреново. Я будто что-то важное из себя вытащил и отпустил. Задыхался без нее. В квартире пусто и везде ее запах: на подушке, в шкафу, в ванной.
Она звонила мне, улыбалась, а я потом до утра смотрел в потолок, представляя, как буду целовать ее, когда вернется.
У меня никогда еще не было такой острой потребности в ком-то. Когда считаешь дни до встречи, часы до очередного звонка."
"Я взрывался в ревнивой злости, увидев ее фотографии с молодым израильским врачом. Мне было страшно, что она вдруг может взять и не вернуться. Иногда снились кошмары, будто все наши отношения просто сон, а в реальности я все так же один. Тогда я кидался на всех в лицее. Подрался с одним придурком из параллели.
Меня даже к психологу несколько раз дергали на фоне перепадов настроения.
Я ходил и молчал, как на всех своих сеансах с ней. А как бы я ей объяснил, что мне не хватает кислорода без моей Софии? У меня горят легкие и колит все тело. Оно немеет. Я ни сидеть, ни спать, ни есть не могу, пока она далеко. У некоторых нормальных людей случается аллергия на кошек, у меня все с точностью наоборот. Аллергия на ее отсутствие.
И сорваться к ней было нельзя.
