Свежий воздух поможет успокоиться и спать будешь лучше.
— А мне можно? — с сомнением.
— Конечно. Сходи. Все, убежала.
Очень хочу на улицу. Двор я еще толком не видела, а сидеть в четырех стенах становится просто невыносимо.
Надеваю длинные штаны, курточку с капюшоном, старенькие кеды. Беру в ладошки горячий ароматный чай и прошмыгнув через гостиную, выхожу на улицу.
Хорошо здесь, воздух холодный, чистый. Он слегка подмораживает все внутри при каждом вдохе, в лужах отражается свет из окон дома. Обхожу их, иду по дорожке туда, где хотела повесить кормушку для птиц.
Фонарики, торчащие прямо из земли, подсвечивают мне путь. Отпиваю быстро остывающий чай из кружки, разглядываю высокие деревья, прикасаюсь ладошкой к шершавому стволу.
В задумчивости обхожу особняк Калужских. Вздрагиваю от предупреждающего рыка. Поднимаю взгляд. На меня смотрят два карих глаза немецкой овчарки.
— Привет, — замираю на месте.
Мне совсем не страшно. В доме, среди его обитателей гораздо страшнее, а это всего лишь собака.
К тому же я сама видела, как с ней занимаются.
— Мне даже дать тебе нечего, — виновато улыбаюсь, — только чай, но ты же не станешь его пить. Он с мятой.
— А ты предложи, — из темноты выходит крупный мужчина в высоких ботинках, камуфляжных штанах и куртке цвета хаки, — вдруг согласится.
— Вы думаете?
— Это Рай, а я Дамир, — представляется мужчина. — Ты чего бродишь тут в темноте?
— Воздухом дышу. А его можно погладить? Подпустит? — так хочется потискать что-то доброе, теплое и живое.
Ладошки нетерпеливо зудят.
— Рай, свои, — обращается к собаке Дамир. — Ко мне, — дает еще одну команду. Я, не двигаясь, жду, когда собака пройдет мимо меня и встанет возле хозяина. — Сидеть, — звучит еще одна команда. — Давай поприветствуем гостью, как мы умеем?
Рай смешно дергает большими лохматыми ушами, смотрит на хозяина.
— Ну, — кивает ему Дамир, — вперед. Девочка ждет.
Немец подходит ко мне, садится в паре шагов и… протягивает лапу.
— Пожми, — смеется Дамир.
— Здравствуй, Рай, — присаживаюсь на корточки, ставлю кружку с чаем на тротуар и жму холодную, мокрую лапку собаки.
— Я Соня, — улыбаюсь ему. — Хочешь чай? — двигаю к нему кружку.
— Афф, — звонко отвечает немец.
Отпускаю его лапу, он наклоняется и пьет мятный напиток, довольно виляя хвостом и дергая ушком.
— Уиии… — тихо повизгивая от восторга, осторожно запускаю пальцы в его чёрную, с коричневыми подпалинами шерсть. — Какой ты классный. Большой такой, мягкий, — урчу от удовольствия.
