— За прошедшие три месяца ты изменилась, Ярослава, — внезапно ставшим бархатистым голосом сообщил Савелий Андреевич. — Тамара говорит, весьма сильно. По ее мнению, не только лицом похорошела, но и рост несколько увеличился, фигура, однозначно, стала спортивнее. В этом я полностью полагаюсь на супругу, — он с силой потер двумя пальцами лоб, — она с тобой общалась часто. В отличие от меня, — хозяин дома сокрушенно вздохнул, а после добавил: — Однако даже я сейчас заметил некоторые перемены. Не во внешности, нет. Во вкусовых предпочтениях.
— Вы про вишню? — спросила и, не сдержавшись, поморщилась.
— Ты ее с детства обожала, — признался дядя. — Ела чашками.
— Разве давние привычки не могут измениться?
— Могут, — легко согласился врач. — Но у всего есть причина. В твоем случае изменений слишком уж много. И произошли они за очень, очень короткий промежуток времени, — он выразительно замолчал.
Нахмурившись, я помолчала. Затем не стала ходить вокруг да около, спросила прямо:
— Почему вы так уверены, что я и есть ваша племянница Ярослава? Вполне может статься, я — это не она, а вы просто заблуждаетесь.
Мужчина нахмурился, а затем, подавшись вперед, проникновенно сказал:
— Соглашусь, весьма логично. Ты не помнишь ни своего имени, ни прошлого, а мы хором обманываемся и твердим, что ты — это ты, — он покачал головой с непритворной печалью. — Боюсь, Ярослава, причина твоих масштабных изменений в ином.
— Думаете, я стала настолько другой из-за опытов вашего брата? — мой голос прозвучал твердо, настойчиво.
Дядя немного помедлил, а после глухо ответил:
— Иного варианта просто нет. Сколько помню Владимира, он хотел сделать артефакт, которому нет аналогов. Мечтал прославиться, — суровая складка пролегла меж кустистых бровей Савелия Андреевича. — Твой отец, Яра, утверждал, что, благодаря его артефакту, человек моментально станет красивым, вечно юным и гениальным. Причем все будет передаваться по наследству.
Я не верила своим ушам. Это же бессмыслица! Теперь понятно, почему братья не ладили.
Не знаю откуда, но я четко понимала: создание такого артефакта в принципе нереально. Говоря словами Светы, бред полный.
— Гениальным и вечно юным? — переспросила с недоверием. Дядя кивнул, а я продолжила: — Но ведь мозг каждого человека уникален, как и отпечатки пальцев. Нейронную сеть просто нереально повторить. Гением можно только родиться. Это же давно известный факт. Идея о даровании вечной юности и того хлеще, — неодобрительно покачала головой.
