С легким наваром

Дорвались с Ромой друг до друга после стольких дней воздержания, пока я в больнице лежала, вот и сбледнула малость.

– Ясно, – расхохоталась Света. В это время раздался звонок в дверь, и она, сорвавшись с места, полетела ее открывать. – Врач, наверное, – на ходу проговорила мамаша.

Но это оказался не врач, а Юлька. Она вошла в кухню и ужасно обрадовалась, увидев здесь Веронику.

– Здорово, что ты тоже пришла, хоть теперь поболтаем без мужиков, а то вчера так и приходилось за своей речью следить, чтобы лишнего не ляпнуть.

Витька, тот уже давно ко мне привык, внимания не обращает, а вот перед твоим Романом боюсь облажаться.

– Это у него только вид такой, а так он добрый, – засмеялась Вероника.

– Да все они добрые, пока спят зубами к стенке, а чуть зазеваешься, и вот они, зубки, в натуральную величину.

– Не знаю, поживем – увидим, – туманно ответила Ника. – У тебя-то как дела с твоим Отелло?

– Как-как? Да никак, двинула под зад коленом, и все дела. Горбатого могила исправит.

Ой, девчонки, вы даже не представляете, до чего ревнивый мужик выматывает нервы. Мне кажется, что с алкоголиком легче жить, чем с ревнивцем, особенно когда эта ревность граничит с фобией. Почему мне так на нормальных мужиков не везет, ума не приложу? Каждый раз кажется, что вот он, мой принц на белой лошади, а после загса принца как не бывало, остается одна лошадь, вернее, мерин, который только и знает, что спать, жрать да трахаться. А в рабочую лошадь превращаюсь я. Почему ко мне одних бездельников тянет? – сокрушенно вздохнула Юлия.

Из детской послышался писк малыша, и девушки все втроем побежали туда. Одновременно зазвонил телефон, и Светлана возле него притормозила. Она послушала, кто говорит, и передала трубку Веронике.

– Роман звонит, – шепнула она.

– Да, слушаю, – сказала Ника.

– Я скоро приеду за тобой, никуда не уходи.

– Почему так рано? Ты же говорил, что заберешь меня вечером.

– Ты что, не рада? Просто освободился пораньше, вот и решил, что мы можем с тобой куда-нибудь сходить.

– Куда?"

"– Я думаю провезти тебя по магазинам, что-нибудь купишь себе. Ведь твоя одежда вся сгорела.

– Не вся! Джинсы остались, они у матери в гардеробе завалялись.

– Ну вот, а к джинсам нужно еще кое-что прикупить. А потом я хочу тебя свозить в один ночной клуб.

– В какой? – прошептала она, и сердце ее забилось быстро-быстро.

– В тот самый, дорогая, в тот самый. «Мотылек» называется.