С любовью, Рома

— Мне жаль… что вам из-за меня пришлось пройти через это всё.

— Дурак, — фыркнул отец, надавив мне на плечо и вынуждая повернуться к нему. — Каждое мгновение этой грёбаной борьбы стоило того… ведь в результате ты остался с нами… и вон каким лосём вымахал, — он кивнул головой вверх, намекая на мой рост. — И если… не дай бог, всё повторится вновь, то я согласен проходить это опять и опять, лишь бы ты был жив и, по возможности, счастлив.

В носу предательски защипало, и я решил признаться в главном:

— Пап, я так устал… бояться.

Он понимающе моргнул.

— Понимаешь, бояться — это нормально. Особенно с такими невротизированными родителями, как мы, — натянуто пошутил он. — Но здесь необходимо принять тот факт, что все мы смертны. Ты, я… мама, Стас… остальные, — слова давались ему непросто. — И рано или поздно мы все уйдём из этого мира, хотелось бы, конечно, позже… Но никто не знает когда, и в этом… вся ценность нашей жизни. Давай по закону — человек невиновен, пока не доказано обратное. Так и тут. С тобой всё в порядке, пока…

Договаривать он не стал.

— Я запишусь к врачу, как приедем, — пообещал я. — И… не буду ничего загадывать заранее.

— Вот так мне нравится гораздо больше. А то развели тут… цирк.

Ругался он уже для формы.

— Па… — попытался отмахнуться я от его наставлений.

— Что па?! — вспыхнул родитель. — Хочешь сказать, что я неправ? Ладно, проехали. Лучше мне скажи, что там с Соней.

— Я не знаю. Мне казалось, что у нас всё в порядке.

— В порядке ещё не означает, что всё хорошо.

Скривился:

— Для нашей ситуации всё было более чем приемлемо. Сам же всё понимаешь… Ничего не менялось.

— Иногда это хуже всего.

Я поднял на него недовольный взгляд, но, к сожалению, папа — не Стас, на него просто так не наедешь и рот не заткнёшь.

— Хватит меня уже взглядом расчленять, — потребовал отец, — я с твоим упрямством уже двадцать лет воюю. Ром, поверь мне, я, как никто другой, знаю, что стабильность — это ещё не гарантия того, что всех всё устраивает.

— Но это было её решение — остаться!

— А твоё решение было — уехать…

Хотелось хорошенько психануть, но… и сил прятаться от очевидного тоже не было никаких.

— Я не могу без неё.

— Какой же ты у меня ещё юный, — снисходительно заметил папа.

— Что? — таки открыл я глаза, приподнявшись на локтях.

— Ничего, — родитель мягко улыбнулся. — Со временем поймёшь. Но пока можно и так думать, что без неё ты… никак.