С любовью, Рома

В честь начала нового учебного года, который прошёл мимо меня, Ромео подарил мне ноутбук.

— Кажется, я что-то слышал про то, что голодающему нужно дарить удочку, — скромно прокомментировал он свой жест.

Поэтому я теперь только и занималась тем, что всё свободное время писала, писала, писала. Возможно, мне не хватало опыта, но зато энтузиазма было более чем достаточно. Излазив все биржи вдоль и поперёк, я хваталась за все заказы, даже самые копеечные. Моя цель была проста — зацепиться в этой области, примелькаться, набраться знаний.

Как ни странно, уже к концу месяца моя стратегия дала плоды. Однажды утром я с удивлением обнаружила, что ем завтрак, полностью приготовленный из продуктов, купленных на мои деньги.

Шиковать было рано, но я была в состоянии позаботиться о себе сама."

"Мама тоже шла на поправку. Вернее, к стабилизации своего состояния. Я исправно бегала в больницу каждые выходные и училась разговаривать с ней, пробираясь через дебри её затуманенного сознания.

— Рома, мне нужен хороший психиатр, — одним ранним утром заявила я Чернову — он ночевал у меня. Он ещё спал, когда мне в голову взбрела эта гениальная мысль.

— Давно пора, — пробормотал Чернов, сквозь дрёму, за что тут же получил от меня вполне ощутимый шлепок.

— Я хочу в мамином состоянии разобраться.

— Ты не врач, — моментально приходя в себя, запротестовал он. — Ты её не вылечишь.

— Знаю, но я хочу лучше понимать…

— Ты с ней восемнадцать лет прожила. Кому, как не тебе, её лучше всех знать?

Моя мама всегда была для него больной темой.

— Не знаю. Как оказалось, не знаю. Понимаешь, я всегда смотрела на мать — и видела только её диагноз. Словно это всё лишало её человеческих качеств. Но ведь она человек! Я читала. Люди с шизофренией вполне неплохо адаптируются в обществе, главное, держать всё это под контролем.

— И всё-таки ты хочешь её вылечить.

— Нет… да. Я хочу видеть в матери человека, а не полоумную женщину, запертую со мною под одной крышей. Разве это плохо?

Рома покачал головой, но помочь всё же согласился, и уже через неделю я сидела в кабинете психиатра, взявшегося проконсультировать меня на тему того, как лучше общаться с больными с диагнозом как у мамы и схожим анамнезом.