С любовью, Рома

что он скорее справится с ненавистью ко мне, чем с мелодраматичным «я так больше не могу».

А может быть, я просто трусила и так успокаивала свою совесть. Ибо как объяснить любимому человеку, что мы с ним зашли в тупик, я не знала.

Всегда старалась принимать его всего таким, как есть, со всего его загонами и колючками, но сейчас… сейчас было понимание, что больше я не выдержку.

И от этого было стыдно, плохо и страшно.

Наверное, именно из-за этого я и не смогла придумать ничего другого, кроме идеи выйти замуж за Белова.

— Ты уверена? — в тысячный раз спрашивал меня Денис.

Я упрямо кивала головой, стараясь не думать ни о чём.

Идея ему не понравилась, но и шанса попасть в свою заветную программу стажировки он упустить не мог.

Вот мы с ним и были как те мыши, что плакали, кололись, но продолжали есть кактус.

Чтобы не быть голословной и случайно не пойти на попятную, я сначала дождалась подачи документов в ЗАГС, а уже потом, осознав, что пути назад нет, заставила себя позвонить Роме.

Я даже реветь не могла.

Просто несколько часов просидела в своей комнате, гипнотизируя телефон, пока он вдруг не зазвонил сам

«Рома».

Разговор вышел… тяжёлым. Впрочем, другого ждать и не приходилось.

Чернов рвал и метал. И как бы больно ни жалили его слова, винить его у меня не было никакого права. В какой-то момент я не выдержала и пальцы сами прошлись по значку отбоя.

Это был конец.

***

Не пытайтесь найти здесь логику.

Я предала Ромку, променяв его хоть на какую-то иллюзию спокойствия. Что, однако, совсем не мешало мне его ждать… ждать каждый день.

Вот такое иррациональное желание, погребённое под толщей разумных доводов и мук совести.

Где-то на уровне подсознания я была уверена, что он приедет. День, два — и он будет ломиться в моё окно с требованиями объяснить случившееся.

Это не было попыткой его спровоцировать. Скорее уж бессознательным желанием, чтобы Ромка приехал и обязательно всё исправил. А он всё не приезжал… день, два, три… неделю.

Заходил Кирилл, который в свойственной ему мягкой манере попытался понять причины моего поведения.

И я молчала.

Денис, все эти дни наблюдавший мои метания, как-то предложил:

— Хочешь, мы всё отменим?

— Нет.

— Уверена?

— Да.

Этот разговор состоялся уже у нас дома. Поскольку я собиралась замуж, хоть и фиктивно, я сочла за благо познакомить Белова с мамой. Она приняла Дениса неожиданно благосклонно.