С любовью, Рома

— Ни с кем я не развожусь. Просто так всем будет лучше. У нас с Ромой нет будущего.

— А с кем есть?! — не удержался парень, неожиданно ощутив жгучую обиду за Рому… и себя самого.

— Тебя это не касается! — в тон ответила Романова, зло сверкнув карими глазами.

— Сонь... — выдохнул Кирилл, — я сейчас… как друг твой спрашиваю, а не как брат...

— Ты не можешь не быть его братом, — в очередной раз избежала она упоминания имени Ромы. — И это правильно, так должно быть. Ты нужен ему, вы ему все нужны, хоть он в этом фиг признается, скорее руку себе отгрызёт.

Чернов хоть и был согласен с услышанным, но всё-таки попытался настоять на своём:

— Ему ты нужна.

Соня фыркнула.

— Ему нужен только он… и это не плохо. Но я устала.

— Поэтому ты выходишь замуж за другого?

— Поэтому я даю нам обоим шанс на счастливую жизнь.

Чернов ничего не понял, лишь с недоверием покосился на свою собеседницу.

— Это как?

— Никак. Уже никак."

"Её слова ему не понравились, но что ещё сказать на пространные речи девушки, он не знал, полностью сосредоточившись на том, чтобы без лишних эксцессов припарковаться на университетской стоянке.

Но стоило Кириллу заглушить мотор, как Соня резко наклонилась к нему, поцеловав в колючую щёку.

— Ты — молодец, — шепнула она, — но нам уже не помочь. Позаботься, пожалуйста, о… Роме.

И прежде чем Кир успел отреагировать на её слова, выскочила из машины.

Глава 8

Семь лет назад

Соня

Утро среды началось с того, что Чернов подсел ко мне и заговорщицки поинтересовался:

— Ты сделала иняз?

— Да, — насторожилась я.

— Доставай, — велел он.

— Зачем?

— Посмотреть хочу.

— Тебе напомнить, что у меня с английским всё плохо?

— Доставай.

Я недовольно поморщилась, но за тетрадью полезла.

Рома с минуту разглядывал мою писанину, после чего схватился за ручку и принялся черкать в тетради.

— Эй! — возмутилась, но ему было плевать, и уже через пару минут он с облегчением перевёл дух, приказав:

— Переписывай.

— Не буду, — засопротивлялась, задетая его манерой командовать.

— Переписывай! — с ещё большим нажимом повторил Рома. Уставилась ему в глаза, пытаясь донести всё, что думаю о его привычке решать за других. Впрочем, он не дрогнул, ответив мне таким же выразительным взглядом. В гляделки мы играли до самого звонка, тщетно ведя свой немой спор.

И лишь когда тот отзвенел, он подскочил на ноги и пошёл обратно за парту к Ваньке, бросив через плечо:

— Романова, не дури.