Известный настройщик Михаил Абрамович, седой, толстенький и ужасно важный, после долгих уговоров доставленный папой на дачу с особым пиететом и почтением, настраивал пианино и ворчал:
— Да вы девочке слух испортите! Как можно играть на таком инструменте? Им лучше печку топить!
Но настроил, еще как!
И почти целое лето Кира ублажала слух дачников музыкой. Основную, заданную на лето программу предстояло разучивать лишь в августе, вот она и музицировала в удовольствие, исполняя любимые произведения.
На зиму пианино с максимально возможной осторожностью перетащили к деду Петру, который постоянно жил в поселке. На следующее лето процесс транспортировки в обратную сторону, то есть на дачу Белых, повторился, и Кира, как только приехала, села за инструмент.
В свои четырнадцать она уже вполне виртуозно исполняла сложные произведения и мечтала стать великой и известной.
Хорошая мечта для такого возраста, и главное, вполне реальна — талант у нее явно имелся, и на следующий год Кира собиралась поступить в Мерзляковку.
Это по‑простецки, а официально: «Академический музыкальный колледж при Московской консерватории имени П.
И. Чайковского», а Мерзляковка, потому что расположен на улице Мерзляковский переулок.
Вот так все серьезно у девочки Киры Белой.
Первую встречу с Николаем Крайновым Кира запомнила на всю жизнь! Как и каждый день тех двух недель, проведенных с ним.
Когда соседский Васька позвал ее из дома, она вышла на крыльцо и увидела ЕГО… Больше она не замечала ничего и никого вокруг и не помнила, что говорила и отвечала!
Он был красив, как олимпийский атлет, как молодой языческий бог! Высокий, с накачанной великолепной мускулатурой, Коля производил впечатление чего‑то нереального, не из обычной жизни — герой голливудских фильмов про Спартака или олимпийских богов.
