Он всегда был азартен — в учебе, в экстремальных видах спорта, которыми увлекался, в любви, в жизни, в мелочах — ему до остервенения требовалось побеждать, выигрывать. Жизнь на грани фола! И он добивался своего всегда!
Но так сложилось, что прежде ему никогда еще не приходилось играть в карты или в другие азартные игры, он первый раз попал в казино. Он сел за стол для начинающих, где сначала ему объяснили наскоро правила игры.
И именно в тот день выяснилось, что он игрок!
Все оставшееся лето Вадим просидел за компьютером, играя в Интернете в покерном клубе, разумеется, на деньги, сначала виртуальные, потом и вполне реальные, и изучая все мельчайшие нюансы игры.
А в сентябре, в первые же выходные, он с тем же Максимом и друзьями отправился в казино.
Домой он пришел через три дня осунувшийся, с красными глазами, в провонявшей потом, спиртным и сигаретным дымом одежде, промычал что‑то нечленораздельное родителям и, рухнув на кровать не раздеваясь, проспал сутки.
Родители, двое суток разыскивавшие его по всем больницам, отделениям милиции и моргам, пережившие самые страшные предположения, пытались разбудить сына, расспросить — бесполезно! Проснувшись через сутки, он повинился, долго просил прощения, объяснял, что не заметил, как время пролетело, так увлекся игрой.
Его простили и даже поняли — ну с кем не бывает, он у нас азартный.
Оказалось, что не просто азартный, а тяжело зависимый игроман.
И это был конец их семьи, жизни — всему!
Вадим начал пропадать по нескольку дней, объясняя это тем, что у него появилась девушка, а у девушки своя квартира, где они и встречаются.
Потом случилась история с «автомобилем».
Вадим пришел как‑то поздно вечером домой в синяках и порезах и поведал неприятную историю: у девушки, с которой он встречается, есть машина, они ехали из клуба, оба выпившие, а за рулем сидел он. Произошла авария, и виноват был Вадим — не соблюдая скоростного режима и правил движения, он врезался в представительский «Мерседес», а так как был пьян и не имел водительских прав, ему грозил реальный тюремный срок.
И хозяин «Мерседеса» дал ему неделю на сбор денег за нанесенный ущерб, пообещав, что тогда не подаст в суд. Ущерб оценивался в пять тысяч долларов.
Владимир Андреевич занял деньги у друзей и отдал сыну. Продал свою старенькую «Ауди», рассчитался с долгами, решив, что поднакопит, добавит к остатку от продажи и купит другую машину, подешевле.
