Три дня показались самой настоящей пыткой. Приходить в восемь и заканчивать в полдевятого-то еще сомнительное удовольствие. Вадим злился, бесился и, кажется, был на пределе, хоть и держался.
— Если ты мне сейчас скажешь, что тридцать первого декабря ты тоже работаешь до восьми вечера, я запру дверь и ты останешься здесь кромсать оливье. Серьезно, Лена, я это сделаю.
— Нет, глупенький, завтра же сокращенный день. Я до двух часов.
— Ночи?
— Ну, Вадим.
— Я тридцать девять лет Вадим. Мне не нравится это, Лена, — зло бросает Васнецов, небрежно вешая игрушку на елку.
— Я не против работы до поры до времени, но женщина не должна пахать до восьми вечера. Больше я не буду это обсуждать. Завтра жду тебя до трех дня. Это максимум, Лена. После я тебя эвакуирую и не жалуйся потом.
— Да мы все успеем. Мы же не уезжаем загород, ну куда нам спешить?
— Я сказал ровно в три. Это максимум.
— Хорошо, только не злись. Ну посмотри какая красивая елка получилась? Осталось только звезду повесить.
— Осталось только встать утром и найти что-то живое от нее.
В чем, если честно, я сомневаюсь, учитывая взгляд кота. Спасибо хоть Говнюше, что не зыркает.
— Не наговаривай.
— Ну-ну, посмотрим.
На мою удачу, утром тридцать первого декабря елка осталась почти в том виде, в каком мы ее оставили на ночь. Два валяющихся шара на полу-не в счет. Ну поигрался котик, не повалил же. Несмотря на некую утреннюю предпраздничную суматошность, я ощущала себя дико счастливой, осталось потерпеть всего каких-то полдня, а потом засесть с Вадимом на все новогодние праздники и безумствовать, что есть сил.
И новое бельишко куплено, и сорочка, правда выбирала ее не я из-за своей занятости, а Стеша. Но выбрала она мне самую что ни на есть красоту.
Если быть честной, я не верила в то, что Вадим выполнит свои угрозы. Ровно в три часа дня он ворвался в ординаторскую, словно неандерталец. Без спросу схватил мою сумку и опешившую меня потащил за руку к выходу.
— Вадим, ты с ума сошел?
— Ты не закончила работать?
— Закончила, но так не делается! Ты что, не видишь, что здесь люди? Да стой ты, дай одеться и отнести истории! — вырываю руку, а у самой звезды перед глазами.
Взял и опозорил при всех!
— Минута на все. У нас реально нет времени.
У Вадима был такой вид, что я поняла-минута или мне звездец. В любом другом случае я бы однозначно устроила скандал. Но вместо этого я извинилась, кивнула всем на прощание и в миг накинув куртку, помчалась на выход.
