S-T-I-K-S.Шустряк.Рефугиум

Крови или иных признаков повреждения туши животного видно не было, так что логично было предположить, что странная серовато-серебристая ткань скрывает под собой слой брони. Думать над тем, как там всё устроено, он не стал, поймав ничем не защищённую голову тигра в прицел. После выстрела вновь убедился в отсутствии результата, но повторить попытку не успел, прервавшись на заполошную стрельбу в соседнем здании, где расположилось звено его напарника.

Блэйд знал, что скорострельное оружие есть только у его второго номера, поскольку, в отличие от него, напарник предпочитал работать не в одиночестве.

Не отвлекаясь на тревожный шум, он сделал ещё один выстрел по практически добравшемуся до пулемётчика зверю, когда осознал, что у того имеется защитный дар. Смысла продолжать попытки поразить защищённую цель он не видел, о длительности действия дара не знал, и принял решение переключиться на призрака.

Найдя в прицел бежавшего, он заметил, что его тело уже не прозрачное, и, осклабившись, навёлся в голову, а спустив курок, даже не успел осознать, как погас его разум.

Боль была невыносимой, стуча в висок и расходясь вдоль всего позвоночника, но Блэйд её перетерпел, попытавшись скрыть, что он пришёл в себя. Сквозь гул в ушах были слышны стенания, которые он сразу узнал. Где-то рядом с ним на полу взахлёб рыдала, периодически покрывая кого-то всевозможными оскорблениями, Руби. Попытка имитировать продолжающуюся отключку провалилась, Блэйд получил пинок по одной из вытянутых ног и неоднозначный приказ открыть глаза и не притворяться ветошью.

Резанувший по глазам свет и несколько взглядов, украдкой брошенных по сторонам, дорисовали картину окружения, которая не радовала. Пнувший его коренастый парень, после того как он открыл глаза, потерял к нему интерес, направившись к лежавшему на боку и так же, как Руби, стонавшему Царку. Из видимых повреждений у того была лишь размазанная в углу губ кровь, и если бы та сочилась ещё и из ушей, то он бы знал причину, а так…

Помимо занявшегося лидером их группы парня, перед ним стояли ещё две девушки и высокий парень, о чем-то рассуждавшие на незнакомом языке.

Судя по голосу, фразу про ветошь сказала та, что была справа, так как у смуглой тембр не подходил. Язык опознать он не мог, лишь предположил, что это один из диалектов прибалтов, ему и так по уши хватило изучения английского, но без этого в этом мире было никак.