Сабина изгоняет демонов

– Что это было, Сергей? Вы ведь все занимались спортом, поэтому вряд ли банально кололись.

– Таблетки, – прохрипел Смородинцев. – У Ваньки Крокотова появился канал… Ему один врач сбывал таблетки. Он объяснил, как ими пользоваться, чтобы получать кайф и не попасться.

– Какое действие оказывали эти таблетки? – спросила Сабина.

Ее прошиб пот. После того, как она обвинила Смородинцева в убийстве, он мог повести себя как угодно. Даже наброситься на нее. Это был риск, но сейчас стало ясно, что тот не собирается нападать.

Он обороняется.

– Нирвана. Чудесные видения… – пробормотал он.

– Короче говоря, когда вы глотали эти таблетки, то просто валялись, как овощи, верно?

Смородинцев сел и закрыл руками лицо. Вернее, он не сел, а буквально повалился на диван. Сабина, чтобы хоть немного успокоиться, прошлась по комнате. Говорить по-прежнему приходилось ей самой.

– А потом к вашей группе примкнул Андрей Протасенко. Вы сами проявили инициативу и приняли его в свою компанию. Вернее, вы втянули его в свою компанию! Он был милым, обаятельным парнем, он нравился девчонкам, был на хорошем счету у учителей.

Когда вернулся его отец, вы поняли, что теперь Андрей запросто может стать вашим конкурентом.

– Кто вам рассказал? Володька? Ванька? – вскинулся Смородинцев.

Сабина не обратила на его слова никакого внимания, продолжая свой монолог.

– Но Протасенко у вас не понравилось. И ваша компания, и ваши забавы казались ему мелкими. Его гораздо больше привлекали походы, костры, песни под гитару… А учитель физкультуры Уваров оставался для него гораздо большим авторитетом, чем вы.

Именно из-за этого возник конфликт. Вы боялись, что Андрей рано или поздно расскажет учителю о таблетках. В тот злополучный вечер вы решили предъявить Протасенко ультиматум. Или вы – или кружок туризма. Завели его на стройку, затащили на самый верх и принялись запугивать. Вы хотели сломать его, заставить подчиниться законам вашей стаи. А когда он отказался, вы столкнули его вниз.

– Это вышло случайно!

Сабина только сейчас поняла, что Смородинцев плачет.

По его щекам текли слезы – слишком крупные, слишком детские, чтобы принадлежать взрослому мужчине. Вероятно, это были те слезы, которые Смородинцев не выплакал в семнадцать лет.

– Кто его столкнул? – грозно спросила она. – Кто конкретно?

Сабина боялась хоть на секунду ослабить давление, чтобы не потерять преимущество.

– Никто! Это был несчастный случай! Мы не собирались его толкать.