Сабля, трубка, конь казацкий
0 прочтений
- Автор: Олег Иосифович Говда
- Жанр: Легкое чтение, Любовные романы, Фантастика, Попаданцы
Дело нехитрое…
Тут мой взгляд зацепился за одну из нижних веток на ближайшем дубе. Очень уж удобно она в сторону отходила. Толстая, крепкая… Правда, примерно на уровне потолка обычной квартиры. Чуть повыше двух с половиной метров. Дотянуться кончиками пальцев можно, а зацепиться в прыжке сложновато. Учитывая толщину сука. А если другого варианта не будет? В смысле, хотим мы того или нет, а придется искать спасение на дереве. Тут каждое мгновение…
– Слышь, Василий! Как считаешь, стоит на этом дубе зарубку сделать? Чтобы взобраться удобнее было?
– А вот тут хрен тебе вместо редьки! Накось, выкуси!
Полупуд стоял вполоборота ко мне, и хоть я вроде не сделал ни одного движения, тяжелый желудь с размаху влепился мне в лоб.
– На челе себе зарубку сделай, дурень стоеросовый! Чтобы все видели!
– Эй, ты чего? – возмутился я. – Ничего же не сделал, только спросил.
– Что я «чего»? – оглянулся Василий.
– Желудями бросаешься…
– Я? – запорожец выпрямился и взглянул на меня из-под приставленной к глазам ладони.
– Издеваешься? Я предложил засечку на стволе сделать, ступеньку, значит. А ты обругал меня… всяко. И желудем в лоб засветил. О… – я продемонстрировал явно напухающее место контакта с плодом дуба.
– Вот так даже… – Полупуд осторожно, оберегая ногу, уселся на землю. – Гм… Поверишь, если скажу, что ничего такого я не делал.
– А кто ж тогда?! – вгорячах воскликнул я. – Кроме нас здесь никого больше нет.
– Значит, есть… – все так же неторопливо ответил казак.
– Только и горазды, что жечь и рубить…
Голос звучал ближе. И доносился будто бы сверху. Я поднял голову, но не то что какого-нибудь сказочного, говорящего ворона – ощипанного воробья на дереве не разглядел. Вообще никого. Ветки, листья… Воронье гнездо…
– Неужто с лешим сподобилось встретиться… – хмыкнул Василий.
– Сам ты леший! – немедля прокомментировал его высказывание невидимка.
Тот крякнул, но не обиделся.
– Извини, хозяин.
– Гонят… – не спешил сменить гнев на милость тот. – Можно подумать, вы первые или последние, с кем это случилось.
– Правда твоя… Мир жесток и несправедлив. И давно ты здесь хозяйничаешь?
– Да как деда помер, так и остался за старшего.
– Погоди.
