Сабля, трубка, конь казацкий

Тем самым подчеркивая его старшинство.

Похоже, оценил. Хмыкнул многозначительно и кивнул.

– Можно и послушать. Понравится – дам опохмелиться. Нет – пять батогов получишь.

Я на такое дополнение не рассчитывал, но отступать поздно. Да и риск минимальный. Чтоб студент четвертого курса не нашел занимательной истории для банды речных пиратов из замшелого средневековья? Тем более что за сюжетом и ходить далеко не надо.

– Как-то иудей, татарин и… казак…

Прежде чем произнести последнее слово, я немного напрягся. А вдруг они как раз из тех, которые казаков на дух не переносят? Но никто не поморщился.

Нормально восприняли. Видимо, казак – это не только тот, кто на службе, а вообще – сословие людей вольных. Ну, правильно. Бандит, разбойник, харцыз – это же не самоназвание. А обидное прозвище, кличка. Сами себя они как раз казаками считают. И тех, что по другую сторону забора, ненавидят примерно так же, как псы бездомные – дворовых, цепных Серков да Полканов.

– В общем, сошлись в шинке, разговорились и заспорили о том, что такое настоящее, безмерное счастье… Иудей, ясное дело, о гешефте прибыльном, при котором можно столько заработать, что на весь век хватит и себе, и детям, и внукам, толкует.

Татарин – о табуне скакунов чистокровных да гареме из юных одалисок. По одной со всех стран мира. О дворце сказочном, в саду с фонтанами. В общем, каждый свою мечту нахваливает да других убедить пытается. А казак молчит, хмурится и только из кувшина в кружки подливает. Час спорят, второй… И вот поднимается из-за стола иудей. Мол, извиняюсь, надо выйти. Но казак усаживает его обратно и наливает снова.

– Погоди, погоди, Ицхак. Успеешь. Так меня твои слова проняли, что я почти поверил. Надо за это выпить! Иначе не сбудется…

Выпили. Теперь поднимаются уже оба. И иудей, и татарин. А казак по-прежнему не отпускает.

– Постой, Ахмет! Поверил я тебе. Вот буквально напополам разрываюсь. Не могу выбрать, чьи слова слаще. Давай за твое тоже по глотку. Иначе получится, что мы только за иудейское счастье пили.

Значит, Ицхак победил.

Убедил. Усадил обратно. Выпили еще. Из-за стола не то что вскакивают, взлетают. А казак обратно тащит.

– Эй! Эй! Нехорошо так! Не по-товарищески. Я за вас пил, а вы за меня отказываетесь? Как же так? Выходит, что у казака вообще никакого счастья нет? Обидеть хотите?

Обижать казака во хмелю никто в здравом уме не станет. Но только садиться уже не стали. Стоя выпили. И как вымело их на улицу. Только дверь хлопнула.

Казак следом вышел.