Сабля, трубка, конь казацкий

– Подумаешь, – проворчал я. – Банальное головокружение от успеха. Слава, она такая. Не одному мозги набекрень сбила…

Запорожец многозначительно хмыкнул, но промолчал.

Метрах в десяти от нас, над тушей убитого животного трудились Охрим с Тарасом и… плененный бек. Причем, насколько я мог судить, за старшего в этом деле был татарин. Именно Сафар-бей заправски орудовал кривым ножом, а оба крестьянина беспрекословно помогали ему. Охрим оттягивал подрезанную шкуру, чтобы забойщику было удобнее свежевать тура, а Тарас, пыхтя от натуги, тащил за рога к стоящей рядом телеге отрезанную голову.

Парубок выглядел крепким, так что, судя по прилагаемым усилиям, весу в голове степного исполина было никак не меньше трех пудов.

Я с удивлением поглядел на запорожца. Если я что-то не перепутал, то мы, кажется, спешили. А разобрать такую тушу дело не одного часа. Присутствовал как-то в деревне при процессе превращения свиньи в мясные изделия. Точно не помню, но не меньше часа провозились.

Так в той хрюшке и было-то всего центнера полтора, а здесь… раз в десять больше.

– Не бросать же столько мяса… – правильно понял мой взгляд Василий. – Оно, конечно, жесткое как вожжи, но голод не тетка… Если провялить как следует, да проварить подольше – ближе к весне еще спасибо скажут. Да и шкура в хозяйстве сгодится. Не хочу загадывать, но боюсь, девонькам нашим зазимовать в плавнях придется… – Полупуд помолчал, давая мне время осознать услышанное.

Не скажу, что проникся. Но в целом малоприятная картина. Особенно, как ее Джек Лондон описывал. Здесь, не там… Но мороз и нехватка провизии…

– А из-за спешки пришлось беку поручить, – продолжал Василий. – Лучше него это дело никто не спроворит. Каждый татарин – прирожденный живодер.

– Я, может, и не самый умный на ярмарке, но и не последний дурень в селе… – хмыкнул запорожец. – Сафар-бей поклялся головой пророка Магомета, что не сбежит и ничего супротив нас замышлять не станет.

А для муслема, особенно для совершившего хадж – это одна из самых священных клятв. И тому, кто ее нарушит, не видать райского сада и гурий как собственных ушей.

«Фантастика! – я даже головой мотнул. – Смертельные враги верят один другому на слово. Расскажи кому в моем времени, обхохочутся. Еще и прибавят, что-то типа: “Страна непуганых идиотов»” или “Лохов учить надо” и влет подкинут с десяток идей, как с этого прибыток поиметь.