Саботаж

Эта мысль напоминает мне, что она все еще его держит.

— Вот так, принцесса.

Я кладу руку ей на ладонь и начинаю водить ею вверх-вниз по своему длинному и твердому члену, медленно показывая ей, что мне нужно. Ее пальцы даже не соприкасаются, мой размер слишком велик для ее руки. Когда я чувствую, что Рэйли включается в игру, я ее отпускаю.

— Ненавижу тебя, — шепчет она и, больно сжимая мой член, набирает темп.

Я принял решение сделать ее своей, но это не значит, что я больше ее не ненавижу. Мне хочется трахать Рэйли, обхватив руками ее хрупкую фигурку, с намерением ее убить.

Единственная причина, по которой я не позволяю ей зайти так далеко, это моя уверенность в том, что она позволит мне трахнуть ее снова.

— Знаю, — я наклоняюсь к ее лицу под потоком стекающей по нашим телам обжигающе горячей воды, и наши губы почти соприкасаются. — Я тоже тебя чертовски ненавижу, принцесса.

— Ты нас записал, — мягким голосом говорит она, создавая впечатление, будто это разбило ей сердце. Будто она ожидала от меня большего.

Но это не так. Рэйли могла бы стать гребаной актрисой. Ее красивые глаза моргают длинными темными ресницами и, невинно взглянув на меня, Рэйли оставляет мой член.

Я думаю, что она собирается меня оттолкнуть, но вместо этого ее рука опускается мне на яйца. Рэйли начинает их массировать, ее накрашенные черным лаком ногти царапают чувствительную кожу, и я вздрагиваю. Она выгибает темную бровь и сжимает их до такой степени, что мне кажется, сейчас их оторвет, заставляя меня задержать дыхание и подняться на цыпочки.

Вот что мне нравится в наших ненавистных отношениях. Мы оба заходим слишком далеко. Мы не думаем. Мы просто действуем. И это взрывоопасно. Моя машина, от которой теперь осталась лишь груда металла и пепла, явное тому доказательство.

— Рэйли..., — задыхаясь, предупреждаю я, когда она меня не отпускает.

Рэйли мне улыбается, и у меня замирает сердце от мысли, что она пытается посмотреть, как далеко я зайду. Или отвлечь меня, чтобы я не захотел ее трахнуть.

Она уже должна знать меня лучше.

Я крепко сжимаю руку у нее на шее, лишая ее воздуха. Заставляю ее пухлые губы приоткрыться, она пытается дышать, но не сопротивляется. Нет, моя хорошая девочка принимает это как маленькая голодная шлюшка, которой она и является. Я опускаю свое лицо к ее лицу.

— Я просто хотел, чтобы весь мир увидел, как красиво ты выглядишь, когда стоишь на коленях, принцесса.

Отпустив мои яйца, Рэйли поднимает руку и бьет меня по лицу.