Сагертская Военная Академия

Нам там потом работать, а такие вещи забываются очень долго.

— Или не забываются никогда, — с хорошим чувством момента произнесла Мера и добила нас: — Ну, за мной, курочки. Ко-ко-ко.

— Ку-ка-ре-ку, — поправила ее я.

Стевен, подошедший к решетке своей камеры, проводил нас растерянным взглядом. И, когда мы уже подошли к лестнице, он крикнул:

— Я не знаю, почему пытался тебя ударить!

— Я знаю, — фыркнула Нольвен, — потому что ты, мх-х-х, низко интеллектуальный индивидуум с ограниченной социальной ответственностью.

— Это, прости, какое слово было? — с уважением спросила у лисоньки.

— Нормальное, — буркнула сердитая подруга. — Подходящее для этого… Аргх! Подходящее для этого ничтожного представителя мужской части Сагерта.

Наклонившись к Нольвен, я шепотом произнесла два слова, и она, хмыкнув, буркнула:

— Второе. Хотя первое тоже он, но как-то оно недостаточно экспрессивно. Не передает всю гамму чувств, так сказать.

Перешептываясь, мы выбрались наружу, жадно вдохнули свежий ночной воздух и погрузились в плат.

Я уже успела облегченно выдохнуть — Лилей остался незамеченным, — как этот толстяк указал на меня рукой:

— У вашей внучки изысканный вкус, одно непонятно: как вы придали цветку столь необычный оттенок?

Бабушка скептически посмотрела на меня, пыхнула трубочкой и спокойно сказала:

— Вам для дела или так?

— Для дела. — Толстячок промокнул лоб платочком. — Жена у меня до чего любит такие вещи!

— Девочки пришлют вам письмо, где все подробно и обстоятельно опишут, — уверенно произнесла Мера и запрыгнула в плат.

 — А сейчас, уж простите, не до того: я старая, у меня режим.

Плат поднялся вверх, а мы с Нольвен приготовились к головомойке.

— Что, жмуритесь от ужаса? — хмыкнула Меровиг. — Бойтесь-бойтесь, бабушка сердита.

— А можно узнать, на что конкретно ты злишься? — осторожно спросила я.

— У вас было столько свободного времени, — прищурилась бабушка, — неужели не угадали?

Мы предпочли промолчать. Глядишь, какие-то наши выкрутасы мимо пройдут.

— Я была спокойна, — Мера смотрела вперед и уверенно правила платом, — ну сожгли кабак, туда ему и дорога.

Вечно вино спиртом разбавляют. Вот только парнишка, присланный алворигом Солсом, радостно выболтал мне, что огонь был особенный. И что даже Гарт не смог его погасить с первого раза. Сразу оговорюсь, что это за «Гарт», я понятия не имею. И тогда я решила разобраться в произошедшем.

У меня в прическе началось активное шевеление. Казалось, что Лилей пытается полностью слиться с моей прической.