Саид. За гранью

И подобное, надо заметить, происходит впервые за всю мою практику. Обычно я узнаю о пациенте если не всё, то хотя бы необходимую информацию ещё до первой встречи.

– Они меня предали. Я не прощаю предательства. Никому. Даже кровным родственникам.

Смачиваю пересохшие губы языком и деревенею, когда замечаю, что он снова осматривает моё тело. Будто ощупывает своим цепким взглядом. Только если пару раз до этого он рассматривал меня с игривой ухмылочкой, то сейчас глядел как-то дико.

И тут впервые задумываюсь: а не погорячилась ли я принять дома незнакомого мужика?

– Ты уверена, что хочешь знать?

– Прости?.

– Ты спросила, как они меня предали. Уверена, что хочешь знать это?

– Разумеется. Ты можешь доверять мне, – дарю ему располагающую улыбку.

– Они посадили меня на цепь, – произносит он негромко, хрустит пальцами, сжимая их в кулак.

– Эээ… В каком смысле посадили на цепь?

Кривая усмешка, в глазах снова горят искорки веселья, только я уже не обманусь. То, что он сказал… Это же шутка, да?

– В прямом, кукла Надя.

Сглатываю как-то слишком шумно, гортань дерёт от сухости. Делаю глоток чая.

Что это он сотворил, отчего его братья такое с ним сотворили? Кто эти люди?

– Твоя семья… Они непростые люди, да?

И Саид непростой. Об этом я должна была догадаться раньше.

– Верно, кукла, – ставит свою чашку на блюдце, долго смотрит мне в глаза. – Ты испугалась?

Испугалась? Нет, я не испугалась. Я в панике. Потому что до ужаса боюсь бандитов.

– На самом деле неважно, чем ты занимаешься и как зарабатываешь деньги, меня это не касается. Но я бы хотела перенести наши встречи на более раннее время. В клинику, – это однозначно верное решение, потому что я больше не чувствую себя уютно в собственном доме. Я боюсь его.

– Я хочу пригласить тебя на ужин. Скажем, завтра. Как ты на это смотришь? – полностью игнорирует мои слова и достаёт из кармана вибрирующий телефон.

Пару секунд растерянно хлопаю ресницами, собираюсь с мыслями.

– Я не принимаю отказов, Надя, – отвечает жёстко, глядя на экран своего смартфона и чему-то хмурясь. – Будь готова завтра в восемь, – поднявшись, достаёт несколько купюр, бросает их на столик.

– Ты, наверное, меня не понял! – теперь уже я отвечаю грубо. Увы, некоторые люди понимают лишь этот язык. – Я не намерена с тобой ужинать, и встречаться у меня дома мы больше не будем.