Саид. За гранью

Посмотрите, во что вы превратили этот мир? Вы пьёте, колетесь, нюхаете, трахаетесь и жрёте! Это ваши главные инстинкты и цели, которым вы следуете! Посмотрите вокруг, оглянитесь! Вы не чувствуете запах гнили? Это воняют ваши грязные души и тела! Посмотрите на женщин! Они воняют членами похлеще писуара в привокзальном туалете!»

– Так, всё! Достаточно, – с трудом удерживаю внутри свой завтрак, наливаю полную чашку кофе.

Кое-какое представление у меня уже есть, нужно всё записать на диктофон. Нахожу в телефоне нужную функцию, включаю запись.

– Итак, что мы имеем? У мужика явно сдвиг по фазе насчёт женщин. По его мнению, все или почти все представительницы слабого пола – шлюхи и развратницы. Этим и объясняется хаотичный выбор жертв. Он даже не интересуется, кто та или иная женщина. Неделей ранее похитил официантку из ночного клуба. Три дня спустя – работницу отдела кадров фирмы-середнячка. Ещё одна девушка, которая исчезла две недели назад, – тренер. Девушки не обращались в правоохранительные органы, ничего не говорили своим друзьям и родственникам, а значит, не замечали слежки.

Вполне возможно, что он выбрал их спонтанно и сразу же похитил. То есть, преследования не было. Его не интересуют подробности из их личной жизни. Просто увидел, понравилась (или тут скорее не понравилась), похитил.

Нажимаю на кнопку паузы, вздыхаю.

Впервые сталкиваюсь с маньяком; психотип, которого так сложно опознать. Никакой последовательности, нет точных временных промежутков между преступлениями.

Нет тел жертв. Мне бы, конечно, хотелось верить, что они все ещё живы, но это маловероятно.

Закрываю глаза, пытаясь сосредоточиться и ухватиться хоть за какую-нибудь мысль, что приведёт меня к той самой ниточке, за которую стоит потянуть. Но они беспорядочно разбегаются, танцуют в голове, словно… Словно…

Танцы! Там было что-то про танцы!

Хватаю папку с бумагами, нахожу данные по первой жертве, читаю вслух:

– Наталья Кропоткина, двадцать семь лет, не замужем, детей нет.

Работает тренером в фитнес-клубе «Лабиринт», посещает танцевальную студию.

Копошусь в кипе бумажек и снова выуживаю анкету.

– Ольга Прохорова, двадцать лет, не замужем, есть годовалый ребёнок. Официант, посещает танцевальную студию.

Вот оно. В обоих случаях танцевальная студия.

Хватаю мобильный, набираю Радугина. Тот отвечает, но не с первого-второго гудка, как обычно, а спустя минуту. Голос сонный, хриплый.