Саквояж со светлым будущим

— Лида, Лида, — унимал актрису Рессель и мелкими шажками продвигался к ней, как будто собирался схватить ее за бока и утащить обратно, — Лидочка, не волнуйся ты так!…

— Нет, я хочу знать, кто нас сдал! — визжала Лида. — Кто из них сдал нас прессе!!!

— Лидочка, — начал Веселовский, — что ты кричишь, моя девочка?! Прессе и так все давно известно. Что ты, лапочка?! Такое событие, как же они пропустят?

— Твою мать! — Лида Поклонная смяла газету в огромный неровный ком и швырнула в Веселовского. Он поймал его, как мячик, и кинул на пол.

 — А ты бы помалкивал в тряпочку, слизняк, подстилка продюсерская! Про тебя даже если напишут, что ты говно, ты счастлив будешь! Мы все знаем, как ты рекламу уважаешь, Игорек!! Вот и сиди в говне, если тебе надо, а мне не надо, я не хочу!

— Лида! — Веселовский сохранял благодушие, но глаза стали злыми, и черты лица обозначились четче. — Лидочка, девочка моя, куда тебя понесло, ласточка?!

— Какая я тебе ласточка?! Это ты для всех ласточка, Игорек, а я актриса! Ак-три-са! А вам всем, гомикам проклятым, на всех наплевать, вам бы только хвосты друг перед другом распускать!

— Да ну что ты за актриса, — ласково сказал Веселовский, — пара эпизодов со словами и роль подруги героини со спины? Вот муж у тебя вроде актер, а ты какая ж актриса, моя кисочка?…

Температура повышалась скачкообразно.

У Сильвестра в физике есть такой раздел, про вещество, где температура повышается сначала линейно, а потом скачкообразно. Маша это очень хорошо запомнила.

— Лида, — приказал Рессель, — сядь.

— Да что случилось-то? — осторожно поинтересовался Весник. — Про убийство в газете написали? Так этого следовало ожидать! Такой пиар-повод журналюги не пропустят!

Маша Вепренцева за спинами у всех пробралась к стулу Веселовского, подобрала газетный ком, ушла на диван и стала его разворачивать.

— А ты кто такой? — спросила Лида Поклонная у Весника и залпом выпила стакан морсу, который ей подсунула Мирослава. Вообще хозяйка вела себя странно.

Лиду не защищала, не причитала, не выкликала «Нэ-эстор!», только наблюдала. — Тоже подстилка журналистская?! Проваливай отсюда! Все, все проваливайте отсюда, суки, вашу мать!!

— Лидочка, уймись, моя девочка, на нас милиционер смотрит!

— А мне плевать, кто там на нас смотрит! Я хочу знать, кто нас сдал, вашу мать! Кто посмел, мать, мать, мать!…

Родионов отыскал глазами Машу, показал на Лиду и пожал плечами. Странно, что у виска не покрутил.