Сама невинность

Я сглотнула вмиг ставшую вязкой слюну. Стоять здесь и молчать, все равно что подглядывать, но сходить с места так не хотелось!.. Все же тренирующийся Нео – это эстетически великолепное зрелище, пир для глаз и радость для влюбленного сердца. И как меня угораздило?

Веер стоял рядом с входом, прислоненный к стене. Дальше медлить было неудобно, поэтому, взяв странное оружие, я вышла в центр зала.

- Нападай, - совершенно бесцветно, без привычного приветствия и всего прочего произнес неоксин.

Создалось впечатление, что Владыка света на меня тоже за что-то злится.

Очевидно, поэтому мы кружили вокруг друг друга и никак не могли начать полноценный спарринг. Я знала, что Нео сильнее, хитрее и тренированнее, но за последние дни моя интуиция обострилась так сильно, что предугадывались многие события. Неоксин дважды переходил в наступление, а мне дважды удавалось отклониться, избежать прямого удара и, в конечном счете, уйти.

План созрел внезапно. Вернее, какой там план! Я просто знала, что нужно сделать, чтобы победить неоксина.

Сделав вид, что запнулась и падаю, я увернулась от очередной атаки, которая последовала незамедлительно, и оказалась сидящей сверху на Нео. Веер, пусть и неоткрытый, прижимала к его горлу.

Все бы ничего. На спаррингах и не такое случалось, но сейчас близость мужчины будоражила, а откровенность позы смущала. Щекам тут же привычно стало жарко, кровь по венам побежала быстрее, сердце пустилось вскачь. В общем, здоровье ухудшалось стремительно и сразу, как только рядом оказывался неоксин.

Чтобы не зацикливаться на своих ощущениях, я сосредоточилась на злости, гневе и недоверии. Это помогло. По крайней мере, дышать стало легче, и вернулась возможность разговаривать, а главное – мыслить.

- И на что ты злишься? – выпалила я.

И смущение вернулось, потому что тонкие тренировочные костюмы ничего не скрывали, а я… Я чувствовала мужественность неоксина. Физически чувствовала, ибо сидела сверху, и отвердевшая часть… В общем, она упиралась и мешала думать в два раза сильнее, чем обычное смущение.

- На себя, - выпалил Нео, глаза его сияли и почти прожигали меня насквозь.

Больше я не собиралась оставлять между нами недосказанности. В конце концов, мы находились на пороге отбытия во враждебную страну.

- И что же ты натворил?

- Виннара, не спрашивай о том, что тебя не касается! – рыкнул он и дернулся, попытавшись освободиться."

"Не вышло. Удерживала я его крепко. Бедрами.