Сама невинность

А ведь именно в произношении могли скрываться многие отгадки и решения всех моих проблем.

Дословно я спросила незнакомца: «Кто ты, человек?».

«Тоувр» равно «человек» равно «тавр». Получается «неоксин» - это «нео окр сиин» - «сила светлых богов», в то же время неоксин – это человек. Значит, тавр.

Маг стоял ко мне спиной и не двигался. Его фигуру полностью с головы до пят скрывал длинный плотный плащ с капюшоном, но даже в позе незнакомца было что-то знакомое, привычное, неуловимо родное, отчего сердце сначала пропустило удар, а потом заныло, словно тоскуя по прошедшим дням.

- Ти тао, тоувр? – повторила я чуть тише и остановилась, не дойдя до мужчины пару метров.

- Нео туар, ассори мао. Орита нэ ассори мао, - произнес незнакомец.

А я… Я перевела и застыла, потому что именно эти слова врезались мне в память, я помнила их, но даже не пробовала переводить."

"А еще почувствовала себя странно и глупо очень, потому что знай я все это заранее, то действовала бы совсем иначе. Ассори мао… Половинка моей души, светом данная половинка моей души.

И это значило… Это значило, что один блондинистый хитрец сам себя перехитрил. Он мне снова врал, ибо недоговаривать – это то же самое, что нагло лгать, глядя прямо в глаза.

- Нео, - выдохнула я.

А он… Он обернулся. Синие глаза сияли, непослушные светлые пряди выбились из-под капюшона и падали на грудь, смотрел же неоксин серьезно и немного печально.

- Я бы предпочел Эрдман, - произнес он.

Вот как? Герцог Сумеранг – Эрдман, Нео – Эрдман.

Это у властителей света родовое имя, что ли?

- А Нео?.. – растерянно спросила я.

Владыка улыбнулся. Совсем чуть-чуть, только приподняв уголки губ.

- Нео – это домашнее прозвище. Ты еще не совсем овладела древним языком, Виннара, но слово «нео» может иметь множество разных значений, начиная с определения сути, до часто неоправданных похвал. Так звали меня отец и мать, вкладывая в слово нежность и свое отношение ко мне – самый любимый, самый родной, самый лучший…

Неоксин как всегда очень понятно и подробно объяснил, но слишком поздно, потому что я успела вспомнить некоторые моменты нашей близости и покраснеть.

«О, Нео! О, Нео, да… Да… Да…» - вопила я… да-да, именно тогда и вопила, а оказывается, произносила вовсе не имя, а пела оды могучему и страстному самцу.

- Ты… Ты… - прошептала я и попятилась.

Где-то за моей спиной зашипела одра, а взгляд владыки заледенел.

- Я не врал тебе, ассори мао, - отчеканил неоксин.