Сама невинность

Конечно, до простого опыта с наррой я и понятия не имела, что такое возможно. Раньше, в академии даже на то, чтобы приоткрыть оружие, ушел бы весь мой резерв, но сейчас он остался на месте. Я использовала магию Альвара, преобразуя ее в манну.

В остальном же методы его использования ничем не отличались от боя с применением двух кинжалов. Женское оружие, говорил о них Фрич. Исходя из того, что кинжалы легко скрываются в складках платья, легки по весу и оптимальны по размеру, я разделяла его точку зрения, но предпочитала меч.

Через полчаса, когда рубашка намокла и стала прилипать к телу, а неоксин все чаще задерживал взгляд на моих груди и бедрах, я взмолилась:

- Давай передохнем! – и растянулась на полу.

Чего я совсем не ожидала, так это того, что Нео составит мне компанию и уляжется рядом. Полог стоял, нас никто не видел и не слышал не только в замке, но и в целом мире.

- Ты обещал рассказать… - напомнила я.

- Да, Виннара. Сейчас самое время. Ты ведь прочла книгу, которая лежала на столике у кровати? – спросил неоксин.

- Да.

- Значит, уже знаешь, что мой народ отличается от народа Боланайла, но защищает его, ибо остров есть место силы и перекресток вселенских потоков. Встреча миров, как называли его первые.

- Первые? – меня удивило это название древних.

- Да, ведь они были первые, кто шагнул через врата и остался. За ними были еще и еще, но не всем рады на Альваре. Большинство пришельцев опасны и способны разрушить хрупкое равновесие. Но сейчас речь не об этом, а об Эймеке – первой жене моего отца.

Как я уже говорил, он не встретил свою ассу и был верен своей супруге до тех пор, пока на склоне лет не встретил мою мать Аньяну. Она не была его избранной, и все же между ними вспыхнули чувства, а потом появился и я. С семи лет, как предписывает закон, меня воспитывал дядя, учил магии и военному мастерству, поэтому родителей и Эймеку я видел крайне редко. И это она… - Нео замолчал и громко вздохнул.

- Это она виновата в смерти твоих родителей? – тихо спросила я.

- Прямых доказательств нет. Меня слишком поздно известили. Смерть матери, а вместе с ней и моего не рожденного брата, произошла не без участия Эймеки, а отец… Неоксин уходит лишь за своей ассой, в любом другом случае ему не позволит уйти долг. Люто не последовал бы за Аньяной, тем более, не передав дела следующему по силе неоксину. Но и доказать я ничего не смог, хотя вступил в права по решению Совета старейших.