Но особенно меня радовала отличная компания, в которой я пробиралась по зарослям, раздвигая лианы, перепрыгивала через поваленные деревья и форсировала ручьи, а затем в ней же лезла в гору.
Мы с Марлин веселились от души, а парни с ее курса как могли расчищали нам путь – не только передо мной и подругой, но еще и перед пожилой, но крайне активной магиссой Соррос, а заодно и перед мрачной Лилли, которая тащилась позади всех.
По дороге я наслаждалась царившим в густых зарослях летом без малейших признаков осени, о которой нам напоминали разве что озлобленные осенние комары.
Их было очень много; они сидели в засадах и набрасывались на нас целыми стаями, пока магисса Соррос не показала обладавшим магией, как с ними бороться.
Это было простейшее Водное заклинание, которое должно установить вокруг человека прозрачный силовой купол, оберегавший от мелкой мошкары.
Сперва у меня ничего не выходило. Комаров раскидывало на несколько десятков метров вместе с местами их обитания – кустами и лианами.
Но мелкие кровососы упрямо возвращались, и в чем-то я их понимала – голод не тетка!
Потом все-таки сообразила. Сконцентрировалась, и у меня получилось все именно так, как и показывала магисса Соррос.
Сначала я позаботилась о нас с Марлин, затем поставила защиту еще и на Лилли и нескольких парней, не обладавших магией. Зато среди второго курса было четверо, кто не только смог призвать своих драконов, но те уже прилетели, и теперь они тренировались в совместных полетах.
Получив через драконов проявленную магию, парни от меня не отставали.
Наконец мы разобрались с комарами и отправились дальше, слушая рассказы магиссы Соррос о природе драконьего дара, заодно наслаждаясь тем, что вырвались из стен академии.
- Эйвери, подойти-ка ко мне! – подозвала преподавательница, когда мы остановились на залитой солнцем лужайке.
Те, у которых имелся магический дар или же его зачатки, принялись по просьбе магиссы Соррос призывать разноцветных бабочек, порхавших с цветка на цветок.
Я же участия в этом не принимала. Понимала, что после моего заклинания мы, скорее всего, останемся не только без цветов, но и без бабочек. В лучшем случае их разметает по лесу, в худшем – разорвет на части.
Поэтому я стояла на краю поляны и смотрела на Марлин, которая, смеясь, гонялась за этими самыми бабочками, а за ней влюбленными глазами наблюдал Эгон Росс.
Еще я поглядывала в сторону Лилли.
Та в общих забавах участия не принимала.
