Самая грешная ночь

— Эмма, тебе ничего не угрожает, — хрипло произнёс он за моей спиной.

— Уверена, что ты лукавишь, Ричард, — обернулась и печально улыбнулась ему. — Дэвид говорил совсем иное.

— Дэвид тебя запугивает, — произнёс резко. — Не верь всему, что он говорит.

Мужчина всем своим видом показывал, что мои слова его злили и раздражали.

— А тебе? — ухмыльнувшись, произнесла я, войдя в просторную гостиную, освещённую чуть приглушенным светом хрустальных люстр. — Тебе можно верить? — расположившись на широком диване, спросила его, избегая смотреть в его глаза.

— Да! — ни капли не колеблясь, уверенно произнёс он, присаживаясь рядом. — Через несколько дней ты покинешь стены этого дома.

— Вопрос лишь в том живая или мертвая? — с замиранием сердца спросила его, прикусывая губу."

"— А вот и я! — не вовремя появился Дэвид, не позволяя мне услышать ответ Ричарда. — Надеюсь, вы не начали без меня? — игривым тоном спросил нас, поставив три бокала и бутылку шампанского на рядом стоящий столик.

— Ну что ты, Дэйв.

Как можно? — стараясь выглядеть как можно беззаботнее, произнесла я, забирая из его рук пустую бутылку. — Это было бы нечестно.

Дождавшись, пока мужчины разольют по бокалам игристую жидкость, я тщательно анализировала, ответы на какие вопросы желаю от них услышать. Ведь не спроста я затеяла эту игру. Услышать чуточку правды мне бы сейчас не помешало. Ну, а вопросы мужчин меня вовсе не пугали, так как скрывать мне было особо нечего.

— Теперь, когда всё готово, можем начать, — выпив, обжигающий горло, напиток, произнесла я.

 — Если кто подзабыл, напоминаю правила. Тот, кто не может честно ответить на вопрос, выполняет желание другого. Если позволите, я начну первая, — положив бутылку на пол, стала её раскручивать.

Глава 24

Пока бутылка раскручивалась, мысленно молилась, чтобы она указала не на меня, а на кого-нибудь из Фостеров.

Ведь если выбор остановится на мне, то прихоти братьев придётся выполнять мне, а какой характер они могут иметь, нетрудно было догадаться.

— Ричард! — хлопнув в ладоши, с облегчением крикнула я, увидев горлышко бутылки, указывающее на него. — Ты отвечаешь или выполняешь желание?

— Задавай вопрос, Эмма, — сделав глоток шампанского, небрежно произнёс он, смотря на меня с вожделением.

Меня настолько волновали подготовленные мной вопросы, что я заставила себя не замечать его жадный взгляд, от которого заходилось внутри.

— Генрих… он жив? — набравшись смелости, через мгновение спросила его.