Самая грешная ночь

Ричард, я и… наше с ним бешеное неудовлетворённое желание.

— Ричард… я… — тяжело дыша, произнесла, облизнув губы.

— Одно твое слово, и я прекращу, — прошептал, нависая надо мной, он.

Ни за что! Даже и в мыслях не было. Мне просто хотелось сказать ему, что рада тому, что мы с ним остались наедине. Только вдвоём…

Всё, что я испытывала, было только благодаря Ричарду. Не понимала, откуда взялись мои к нему эти непонятные моему разуму чувства. Почему он вызывал во мне невероятный коктейль эмоций, но… я не желала останавливаться.

— Нет. Я безумно хочу тебя, — выдохнула ему в губы, не пытаясь скрыть от него правду.

— Маленькая, — нежно коснулся меня губами. — Я буду нежен с тобой.

Всё вокруг нас перестало существовать, когда Ричард стал медленно водить головкой по моему лону и плавно наполнять собой. Меня вновь накрывало удовольствием. В голове была лишь мысль о голоде и испепеляющем желании, пока не почувствовала тянущую боль. Встретившись с преградой, мужчина толкнулся немного резче, входя в меня полностью, до самого упора.

Выгнулась дугой от резкой боли, которая яркими точками взорвалась под моими прикрытыми веками.

— Всё, милая, больше боли не будет, — утешал он, вытирая одинокую слезу, соскользнувшую с моей щеки.

Ловя каждый вздох, стал терзать мои губы. Осыпал поцелуями лицо, давая мне время привыкнуть к его размеру. Принялся ласкать пальцами между ног до тех пор, пока удовольствие не взяло вверх над пульсирующей болью.

Я стала с трепетом отвечать на его жаркие поцелуи, нежные касания, которые возносили меня на самую вершину.

— Ты — самое лучшее, что случалось в моей жизни, — шептал он, начиная двигаться медленно, сдерживая себя. — Эмма…

Воспламенялась от его шепота, невероятных признаний, наслаждения, которое он дарил мне с каждым своим движением… каждым проникновением в моё сердце.

Ощущала, как меня стала бить дрожь. Перестала слышать и видеть. Казалось, меня неумолимо несло к обрыву.

Хотелось продлить эти ощущения, раствориться в них, но… я сорвалась. Тело стало выгибаться от спазмов удовольствия. Перед глазами замелькали яркие краски. Чувствовала наслаждение каждой клеточкой, каждым участком своего тела.

— Эмма, — прохрипел Ричард, изливаясь в меня тягучим удовольствием.

Притянув к себе, наслаждалась тяжестью его тела, его шумным дыханием, ласковым шепотом… и… все не могла им насытиться.