Самая младшая из принцесс

Я забыла обо всем и перед глазами осталась только картинка из сна, где я сижу на его коленях и обнимаю его в ожидании поцелуя. И вот он так близко, мое сердце волнуется, бьется в бешеном ритме, рука предательски дрожит в его ладони, и я с ужасом понимаю, что хочу большего! Я действительно хочу, чтобы он поцеловал меня. Прямо сейчас и совсем не братским поцелуем. И совсем не руку!

— Генри! — прошептала я, как во сне.

Кажется, ему понравилось, что я назвала его по имени. Финч поднял взгляд. Его глаза улыбались.

— Я хочу попросить вас дать мне шанс исправить свои ошибки и начать все сначала.

Я прошу позволения ухаживать за вами по всем правилам. Я хочу, чтобы мы узнали друг друга за то время, что осталось вам до совершеннолетия, — он вздохнул. — И я обещаю, что не стану принуждать вас выходить за меня, если вы не захотите, но… — его глаза сверкнули, — я сделаю все, чтобы вы решили остаться со мной и исполнить волю вашей матушки.

Мою руку выпустили, и сэр Генри встал с колен.

— Спокойной ночи, Элизабет! — произнес он.

— Я надеюсь, кошмары вам больше не приснятся.

Я проводила его взглядом. Финч вышел через двери, предварительно послушав, не затаился ли кто в коридоре, что вызвало у меня невольную улыбку — переживает по поводу моей репутации. Видимо, демонстрировать перемещение через камин не счел нужным. Или пожалел мои нервы.

Двери закрылись, а я упала на кровать, улыбаясь широко и глупо. Я была счастлива, в этот момент, как никогда в своей жизни. Теперь я радовалась этому кошмарному сну, который привел в мою спальню сэра Генри.

Так мы во многом разобрались, и я понимала, что, конечно же, дам шанс этому удивительному мужчине, которому удалось покорить мое сердце.

Стоит ли говорить о том, что этой ночью кошмары мне больше не снились?

Глава 19

— Что это? — удивилась я, когда поутру, спустившись в холл, увидела корзины с цветами, которые слуги поставили в одном углу.

Люси, идущая за моей спиной, собираясь было пройти на кухню, где завтракала с остальными слугами, но не сдержала улыбки и, подскочив к первой из корзин, нагнулась, а спустя секунду вытащила из цветов маленький синий прямоугольник.

— Здесь карточка! — заявила она и отдала прямоугольник мне.

Я спешно развернула карточку и увидела знакомое имя, подписанное под каким-то льстивым стихом, видимо, описывавшем мою неземную красоту. И подпись: широкая, размашистая, с забавными завитушками.

— От поклонника? — спросила Люси.

— Я бы его так не назвала, — проговорила я в ответ.