Я не понимала, зачем я это начала первой, но сейчас оправдывала свой поступок обычной благодарностью.
Нет, не то, чтобы я была не благодарна этому мужчине, но обнимала я его не только по этой причине.
Глава 42
Первую ночь после возвращения Лео я не спала. Нет такого человека, который оторвал бы меня от работы, если под рукой есть всё необходимое. А если нет, я не засну ни за что, в поисках этого элемента.
Первое, что я хотела сделать – серьги для Марти. Уши у нее были проколоты, как у большинства девочек здесь. Всем им дарили серьги годам к десяти.
Конечно, кто-то носил очень изысканные, красивые и дорогие, а кто-то, вроде Марти, темнеющие в первые же дни колечки.
Три или даже четыре часа я разбиралась, как работать с плавильней. Лео первые несколько минут крутился рядом, пытаясь помочь, но я его отправила спать. С раннего утра они с Норой должны были идти к соседу: начинался сезон сбора урожая, и тот не справлялся сам.
Когда мой агрегат удалось раскочегарить, я поняла, что нет форм. Передумав все, что можно и нельзя, и уже было собравшись плюнуть пока и отправиться спать, вспомнила о глине, до сих пор мирно лежавшей в моем мешке.
Мастихинов у меня, естественно, тоже не было. Но коли у вас есть точильный камень и ножи, вы сможете изготовить любой инструмент. Мне нужен был пока только один.
Когда рассвет разбил тёмное непрозрачное пространство за окнами, и глаза мои начали закрываться, я вылила первые два колечка и пару загибулин подвесов.
Руки просили продолжать ещё и ещё. Но я вспомнила, что с завтрашнего дня буду на хозяйстве.
Прибравшись на столе, закрыла дверь на навесной замок. Терять из этой комнаты ничего было нельзя.
Поспать удалось часа четыре. Когда Нора над моим ухом тихо прошептала, что они уходят, а дети еще спят, я просто перешла в комнату Норы. А чтобы неугомонная девчонка не увела брата к реке или куда еще похуже, туго завязала ручки двери.
— Заче-ем ты закры-ылась? - тянула над ухом Марти. - Мы ку-ушать хотим, пи-ить хотим…
— Все, Марти, не ной, пожалуйста.
Я встаю. Сейчас мы пойдем завтракать, - пробормотала я и нехотя сползла с кровати.
К слову, Нора после завтрака убрала посуду и, как оказалось, оставила под крышкой на сковороде жареные овощи и всем по вареному яйцу. Нам оставалось согреть отвар.
До обеда мы трудились по дому и с животными. Никогда я не была деревенской и плохо представляла себе такую жизнь. А сейчас вдруг нарисовала в воображении: что если бы ферма была действующая и полна скота? Меня передёрнуло.
