– Сколько ей было?
— Пятьдесят восемь! – все больше заводясь, орала Диана.
— Ну вот так. Бывает, - я осмотрелась, понимая, что комната мне знакома, хотя раньше я ее никогда не видела."
"— Теперь самой старой девой стала ты! ТЫ, Стефания Луиза! – слезы брызнули из ее глаз. Вытянутая в мою сторону рука, заканчивающаяся острым коготком указательного пальца, задрожала, а подбежавший к ней Даниэль, якобы в последний момент подхватил женщину, чтобы она не упала.
На фоне рыданий, которые словно размывались, становились отголоском эха, я думала об окружающей меня комнате с высокими окнами, большими зеркалами, светлой обивкой и до блеска натертым полом.
Ровно до того момента, когда увидела в зеркале свое отражение.
Одна часть меня не была удивлена, словно всегда жила с этим молодым телом, темными вьющимися волосами и достаточно высоким ростом. А вторая ошарашенно разглядывала большие глаза, изогнутые дугой брови, пухлые щеки и губы.
— Убери ее с моих глаз, Даниэль! Убери! - из раздумий меня вывел голос припадочной снохи, и я, повернувшись к ним, громко сказала:
— Уберитесь сами, наконец! Это моя комната! Моя с самого моего рождения!
Глава 3
Мои новые родственнички вдруг резко замолчали и уставились на меня таким взглядом, словно заговорил шкаф.
Диана изучала мое лицо, пытаясь что-то на нём отыскать, а Даниэль подталкивал жену к выходу.
Когда они закрыли за собой дверь, я подошла к зеркалу поближе и рассмотрела ту, что отражалась в в зеркальной поверхности.
Я всегда была маленькой, щуплой, а последние десять лет спина не позволяла встать прямо.
Девушка, в которую сейчас была заключена моя душа, оказалась полной противоположностью: высокая, темноволосая, с теплым взглядом. Но, если поднять одну из бровей, моментально превращалась в занозу, к которой с вопросом или просьбой я ни за что бы не подошла.
— Значит… теперь я выгляжу вот так? – покрутившись перед своим отражением, спросила я. - Не дурно, не дурно, - а потом подняла глаза к потолку и прошептала: - Спасибо, что услышал.
Так не хотелось попасть в небытие!
Хорошая фигурка моего нового тела тоже не могла не радовать. Особенно, в сочетании с пышной грудью, мне нравилась тонкая талия. Нет, пальцами ее не охватишь, как любили говорить в моей молодости о по настоящему тонкой талии. Но для девушки такого роста она была вполне себе идеальной.
Осторожный стук в дверь вывел меня из мыслей о новой жизни, омрачаемой лишь сумбуром из моей и чужой памяти в голове.
