Сами мы не местные

Он кивает мне, обозначая, что слушает.

— Простите, что я так вломилась, — говорю. — Но у меня очень большие проблемы. Я была на Орле и увидела там на дереве какую-то штуку, а больше её никто не мог видеть, и Алтонгирел сказал, что это древесная слюна, от которой сходят с ума, но я посмотрела в энциклопедии на картинку, и она не так выглядит, а потом я пошла и посмотрела на дерево ещё раз, и эта штука застонала, и там было лицо, но все решили, что я сошла с ума и мне мерещится, а потом я упала и оказалась в пещере около почты, и ещё я беременна, так что может быть, что мне и правда что-то мерещится от этого, но я всё равно не понимаю, как я тут оказалась! Пожалуйста, ведь вы мудрый человек, вы же понимаете, что это не обязательно древесная слюна?

Он смотрит на меня выжидающе, но я иссякла.

«Последнее произошедшее с тобой легко объяснить. Около почты есть много выходов пространственно-временных туннелей.

Сначала мне становится легче: у части моих приключений есть разумное объяснение. А потом мне вдруг становится страшно: в туннеле ведь можно проболтаться сколько угодно времени и не заметить!

— А какое сегодня число?

— О боги! Азамат! — выдыхаю я. — Он же… он же… не знает, куда я делась! Боги, бедный, что с ним сейчас! Мне надо немедленно ему позвонить! — я вскакиваю, но духовник удерживает меня за юбку.

«Он скоро будет здесь, подожди».

Ну ладно, наверное, лучше мне сразу ему показаться. Тем более, если он сейчас за рулём, то лучше его так не отвлекать, ещё забудет рулить… Сажусь обратно.

«Опиши мне подробно, что ты видела на том дереве», — гласит очередная записка Старейшины.

Я послушно принимаюсь рассказывать всё по порядку. Как первый раз увидела дымку ночью, потом утром, потом открямзала кусочек.

— Бутылочку, в которую я положила кусочек, я потеряла, но, может, Азамат её подобрал… — завершаю я свой рассказ.

Старейшина печально кивает, встаёт и берёт с одного из стеллажей у стены пёстрый талмуд. Долго его листает, что-то ищет. Потом кивает, достаёт ещё бумажку. Я уже готовлюсь вскочить и принять послание, когда он вдруг насторожённо прислушивается и снова кивает. Черкает что-то на бумажке, вкладывает её в качестве закладки и вместе с книгой двигает прочь из зала. Я растерянно следую за ним.