Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 30

"Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 30

Глава 1

Королевский дворец, Вульфонгия

Сидеть на троне оказалось труднее, чем он помнил. Колени дрожали, спина ныла, тело отказывалось подчиняться. Но он сидел. Сидел, как король. Как хозяин.

Король Вульф медленно поправляет грибы, расползшиеся по его плечам и лицу. Пальцы шаркают по коже, осторожно отгибая мицелий, пробившийся даже сквозь бороду. Один из грибов сочится влагой — проклятая дрянь, растущая прямо в нём.

— Где мой сын, вассал? — хрипло спрашивает он, устремив мутный, но по-прежнему властный взгляд на молодого вульфонга, замершего перед ним в изумлении.

Тот не сразу отвечает. У него отвисла челюсть — король же давно уже не покидал постель, лишь бредил, стонал, гнил живьём. А тут — сел на трон сам, без носилок, да ещё командует, старый пень.

Юный вассал был предан принцу Герпесу. Он понимал: если Герпеса освободят — тот не обрадуется, что старик-король снова раздувает щёки, вникает в королевские дела и пытается приказывать.

— Ваше Величество… — осторожно начинает вассал, склоняя голову.

Король Вульф медленно шевелит плечами. Грибы, покрывающие его кожу, дрожат, будто от злобы хозяина. Он закашливается. От кашля мицелий трясётся, задевает лицо, вызывает раздражение. Один из грибов лопается, источая мерзкий тёплый пар.

— Павлинархом?.. Этими пернатыми?.. — сипит он, в голосе — всё ещё металл, хоть и ржавый.

Он снова закашливается — громко, хрипло, так, будто в лёгких у него давно поселились те же самые грибы. Когда-то он, Вульф, посмел дерзить Высшему Грандмастеру из Организации. Друид в ответ подарил зарвавшемуся корольку грибное проклятие, и с тех пор ни один Целитель не смог вырезать его, ни одна магия не сумела очистить, и именно пользуясь бессилием отца, его ослабленным положением и подтачиваемой авторитетностью Герпес шаг за шагом прибрал к рукам власть в королевстве.

И вдруг король взрывается:

— Вассал, ты слышал? Я спрашиваю, какого хрена! — рычит он, срываясь на рёв. — При моём правлении пернатые бы не посмели такое вытворять и пленить моего сына!

— Ваше Величество… — осторожно продолжает вассал, будто ступает по гнилым, предательским доскам, — дело не только в павлинари. Как я сказал, принца взял в плен конунг Данила.