— Ну и что теперь? — ехидно поинтересовалась она, метнув на него убийственный взгляд.
Ответ на свой вопрос Джулия получила несколько минут спустя, после того как они миновали очередной поворот. На обширной поляне, окруженной величественными соснами, стоял великолепный дом, построенный из камня и натурального кедра, с обширными застекленными террасами.
Джулия не смогла сдержать удивленного возгласа:
— Но кто же мог построить здесь это великолепие? Какой-то отшельник-миллионер?
— Человек, который, судя по всему, высоко ценит свое уединение.
— Твой родственник? — подозрительно спросила Джулия.
— Нет."
"— А владелец этого дома знает, что ты собираешься использовать его как укрытие?
— Ты задаешь слишком много вопросов, — сказал Зак, подъезжая к дому и вылезая из машины. — Но на последний я могу тебе ответить — нет, не знает. — Открыв дверцу с ее стороны, он протянул руку:
— Выходи.
— Это еще зачем? — вспылила Джулия и глубже вжалась в сиденье. — Ты же обещал, что, как только мы доберемся до места, я смогу быть свободной.
— Я солгал.
— Ты… ты мерзавец! Я ведь поверила тебе! — выкрикнула она, в глубине души понимая, что лукавит. Весь день она пыталась отогнать от себя мысль, которую ей подсказывал элементарный здравый смысл, — он собирается удерживать ее при себе как можно дольше. Потому что чем раньше она окажется на свободе, тем быстрее власти узнают о его укрытии. И не в интересах Бенедикта допускать это..
— Джулия, — терпеливо ответил Зак, — не стоит усложнять и без того сложную ситуацию.
Тебе придется провести здесь несколько дней. И поверь, это не самое плохое место на земле. — С этими словами он выдернул ключи зажигания и направился к дому. Несколько секунд Джулия сидела неподвижно, глотая слезы бессилия, ярости и жалости к самой себе, но потом все же выбралась из машины и направилась следом за ним. Дрожа от холода под ледяными порывами ветра, она пробиралась через сугробы, стараясь попадать в глубокие следы, оставленные Бенедиктом.
Массивная входная дверь была заперта. Зак надавил на ручку посильнее. Дверь не поддавалась.
— Н-ну и чт-т-то теперь? — спросила Джулия, чувствуя, как ее зубы начинают стучать. — Чт-то т-ты с-собн-раешься д-делать?
Насмешливо взглянув на нее, он ответил вопросом на вопрос:
— А ты как думаешь?
И, не дожидаясь ответа, направился к террасе. Джулия, как собачка, трусила следом — промерзшая и сердитая.
