Ей необходимо было быть уверенной в том, что ни Кэтрин, ни ее родители не решат вдруг из самых лучших побуждений поднять на ноги ФБР и полицию. Лишняя предосторожность не повредит. — И еще одно. Пожалуйста, позаботься о том, чтобы мои родители поняли одну вещь — сейчас я в полной безопасности, но если кто-нибудь узнает об этом звонке, то все изменится. И тогда мне будет угрожать самая настоящая опасность. Я… я не могу сейчас объяснить… у меня нет времени и потом… даже если бы я попыталась…
— А ничего и не нужно объяснять.
Я по твоему голосу слышу, что с тобой все в порядке, а это — единственное, что меня по-настоящему волнует. Что же касается того, где ты… И с кем… Я просто знаю тебя и знаю, что ты никогда не сделаешь ничего дурного. Ты — самый лучший человек, которого я когда-либо встречала, Джулия. А теперь мне пора. Перезвони через час.
Время тянулось невыносимо медленно. Казалось, стрелки часов застыли на циферблате.
Джулия разожгла камин и, не в Силах заняться каким-либо делом, нервно выхаживала.
Ко второму разговору она оказалась совсем не готова. Спокойствие м невозмутимость Кэтрин во время их первой беседа) сослужили плохую службу. Отец, которого она даже представить себе не могла во взвинченном, неуравновешенном состоянии, схватил трубку сразу же после первого гудка.
— Алло? Кто это?
— Это Джулия, папа, — отвечала она, покрепче сжимая трубку.
— Со мной все в порядке. Я в безопасности…
— Слава Богу! — охрипшим от волнения голосом воскликнул преподобный Мэтисон, — Мэри, это Джулия, с ней все в порядке. Тед, Карл, ваша сестра в безопасности. Джулия, мы все сделали так, как ты просила, и ничего не сказали ФБР."
"Джулия слышала, как где-то далеко, за тысячу миль, мать и братья схватили трубки параллельных телефонов и, перебивая друг друга, засыпали ее радостными возгласами и сумбурными вопросами.
Правда, очень скоро сквозь этот нестройный хор пробился спокойный, уравновешенный голос Теда:
— Помолчите немного, — приказал он остальным, — Джулия, ты одна? Ты можешь говорить? — И, прежде чем ев» успела ответить, быстро добавил:
— Этот твой ученик, который разговаривает басом — Джо Боб Артис, кажется, — он ужасно беспокоится о тебе.
