Если до тех пор его не хватятся, то останется проехать всего тридцать пять миль по территории Оклахомы. А дальше уже начнется Колорадо. Именно там, в Колорадо, где-то в горах, находилось его первое пристанище — затерявшийся в лесу дом, который, как его уверили, он может использовать в качестве убежища, когда ему будет угодно.
Но дорога туда будет долгой и нелегкой. Ему предстоит незамеченным пересечь границы двух штатов, а затем, если это все-таки удастся, набраться терпения и выжидать. Не исключено, что пройдет много времени, прежде чем он сможет приступить ко второй стадии своего плана.
Взяв пистолет, Зак зарядил полную обойму, проверил предохранитель и засунул оружие в карман куртки вместе с пачкой двадцатидолларовых купюр.
Обогнув угол станции, он направился к своей машине и… застыл как вкопанный, не в силах верить собственным глазам. Тягач, который повстречался ему по дороге к станции, снова был здесь. Но теперь он двигался в обратном направлении, увозя с собой неприметную черную двухместную машину с иллинойсскими номерами.
В течение нескольких секунд Зак стоял совершенно парализованный происшедшим. Из ступора его вывели голоса работников станции.
— Я же говорил тебе, что машину бросили. Она торчит здесь уже три дня.
Вернувшись к реальности, Зак понял, что теперь у него только два выхода. Можно было вернуться в туалет, переодеться в тюремное, как можно дальше запрятать те веши, что сейчас были при нем, и перенести вторую попытку на неопределенный срок. Можно было попытаться что-нибудь сымпровизировать прямо сейчас.
Хотя, если разобраться, настоящего выбора у него не было. Зак уже давно внутренне для себя решил, что ни за что не вернется в тюрьму. Уж лучше умереть.
Он бросился за угол, по дороге лихорадочно придумывая хоть что-нибудь, что помогло бы выбраться из города. Навстречу ему двигался автобус. Зак выхватил из урны кем-то выброшенную газету и принялся отчаянно размахивать ею. Автобус затормозил и принял пассажира. Закрывшись газетой как щитом и делая вид, что очень увлечен какой-то статьей, Зак пробрался сквозь болтливую кучку студентов в конец автобуса.
В течение двадцати мучительных минут автобус как черепаха полз по запруженным автомобилями улочкам, останавливаясь на каждом углу и высаживая очередную порцию пассажиров. Затем он свернул направо и подъехал к конечной остановке. К этому времени в салоне осталось человек пять шумливых студентов, да и те направились к выходу, завидев, очевидно, свою любимую забегаловку.
